Она отличалась от привычных мне женщин – нежная, податливая, открытая… Я сходил с ума, слушая страстные стоны и мольбы о большем, потакая всем прихотям хрупкой самки.
Ощущал, как сердце переполняет тепло и очень надеялся, что наша связь и обретение метки в скором времени принесут свои плоды, а мы узнаем, что в чреве хитарис растут наши малыши… Или малышка… Кто знает, может мы с Рухом можем надеяться на близняшек, как у Хиташа и Архоша? В любом случае, будем счастливы независимо от того, кого родит нам наша Рина… Эти малыши будут частью нас! Нашей гордостью и наследием! И на одном – двух мы точно не планировали останавливаться.
Я был уверен, моя семья станет большой! Мы сделаем все, чтобы хитарис была с нами счастлива и ни в чем не нуждалась.
Единственное, меня очень беспокоило, не сильно ли Рина скучает за прежним миром. Когда-то Анья рассказывала про свою прошлую жизнь – про странные железные коробки, передвигающиеся по твердым дорогам, про больших птиц, которые переправляли их народ по небу за моря, про огромные дома из камня, построенные руками их племени… Это все было странно.
Неведомо мне. И я до безумия волновался, что нашей женщине не хватает привычного ей комфорта, который мы при всем желании не смогли бы предоставить."
"Судя по историям светловолосой хитарис, они жили совсем иначе. И я предполагал, что намного лучше. Их лекари были умнее, еда разнообразнее, времяпрепровождение интереснее…
“Сможет ли Рина быть счастлива среди песков с двумя охотниками, не умеющими ничего, кроме как мастерить оружие и охотиться?”
И пусть она ни разу не высказывала свое недовольство насчет нашего жилья, не пренебрегала пищей и ничего не требовала, эти волнительные мысли не желали меня покидать.
Я утешал себя мыслями, что Анья счастлива со своими самцами, но, во-первых, не мог знать наверняка, а, во-вторых, они ведь с нашей парой совсем разные.
– Рух? – позвал я брата, все еще целующего плечо спящей женщины. – Я волнуюсь… Сможем ли мы исполнить мечты Рины и сделать ее счастливой?
– Что за настрой? – фыркнул в ответ близнец, бережно смахивая огненную прядку с белоснежной щеки.
– Другого варианта и быть не может! Я настроен сделать все от меня зависящее! И уверен, ты тоже. Так что хватит… Слишком долго мы сидели в своей скорлупе. То, что было в прошлом, там и осталось. Мы не можем всю жизнь держаться за него! Рина на нашем ложе, на ее шее наши метки, не повод ли это думать, что мы прощены богами? – поджал губы Рухташ.
