(без) Право на ошибку

Всего того, что я действительно собирался потребовать — и получить — от жизни.

И на горизонте уже сверкали молнии и поднималась волна.

— Документы на подпись, — помощник максимально нейтрален. Старается. Смотрит в сторону. Я неожиданно понимаю, что он не так уж и плох.

Хм, надеюсь не дойду до той степени маразма, чтобы сообщить ему об этом. Ни к чему."

"Это нормально, что прячу свою человеческую сущность и кровоточащие раны под костюмом индивидуального пошива. Английская шерсть, шелковая рубашка. Для окружающих я оборотень, выгрызший свою империю из провальной, казалось бы, ситуации, и теперь с удовольствием насаживающий на кол своих врагов.

И правда с удовольствием — я не пытался оправдаться мнимой местью. Мне не впервой было не только строить, но и ломать тех, кто позарился на мою стройку.

Не многие меня знают другим. Только те, кто был со мной достаточно давно, и кто был достаточно умен, чтобы не думать над этим и не показывать, что они знают.

Что я могу ошибаться. И у меня могут быть слабости.

Единственная слабость. Настя и ее крохотная кукла, к которой я тоже привык. И даже скучал немного.

Слабость, которая легко превращалась в силу, сносящую все на своем пути, стоило бы кому-то попробовать их обидеть. Я ведь даже себя наказал за ее обиды, что уж говорить про остальных?

Я сразился с собственными демонами — и почти сдох. И я готов был сражаться снова и снова…

Готов ли?

— Вас ждут в конференц зале, — осторожно напомнила моя тень. — Главы отделов, представители…

— Я помню, — резко кивнул и встал.

Подумаю обо всем позже.

Но позже не наступало.

Гроза приближалась вместе с ужасающей волной, готовой обрушиться на берег и смыть все цивилизованное, что народило там человечество.

Я слушал краем уха отчеты, споры, даже говорил что-то — и вполне попадал в тему — а в голове все крутились образы прошлого.

Я пытался понять — там есть за что зацепиться? Может быть я просрал где-то шанс, не заметил его? А может наоборот, все придумал, и не было со стороны Насти ничего, за что стоит цепляться?

Мне не нужна была ни ее жалость, ни глупая вера в то, что меня можно переделать.

И я ее получу.

Понял, о чем подумал, и чуть не расхохотался. И как ты это сделаешь, Веринский? Разве ты не собирался дать ей самой выбирать?

А как же уважение ее решений? Отпустить на свободу, раз любишь?

В жопу их.