(без) Право на ошибку

И что он полагает я должна с ней делать? Держать? Как в садике?

Михаил раздраженно вздохнул, дернул меня на себя, а потом взял под локоть и быстро пошел к лифту.

В полном молчании мы спустились в ресторан и сели за стол.

Я кое-как заказала себе завтрак и уставилась на белоснежную скатерть, надеясь, что мы наконец скоро начнем работать и я забуду про этот жуткий стыд и неловкость.

— Что не так? — голос мужчины прозвучал мягко, но я подпрыгнула и ошеломленно подняла взгляд. Он спросил меня? Разве ему не все равно? Да я счастлива была, что меня не вышвырнули из отеля и компании сразу, а он еще и моим состоянием интересуется?!

— Михаил Андреевич… — голос от волнения подрагивал.

Брови Веринского взлетели вверх:

— Ты просишь прощения за то, что я тебя поцеловал?

— Вы…Что? Да! То есть нет… То есть… Как поцеловали? Вы?

— То есть ты не заметила? — в глазах его снова появились смешинки, а я рассердилась.

— Ну знаете… Это ни в какие ворота уже не лезет!

— Почему?

— Потому что!

— На-астя…

— Я не эти ваши…вот эти! Чтоб целовать меня и вообще! У вас уже есть женщина, и не одна… Даже думать не хочу, что они чувствуют, что вы так вот ходите направо и налево!

— Скорее, налево, — искорки в глазах Веринского превратились уже в настоящее пламя.

— Вот я и не собираюсь их обижать, раз вам все равно!

Расхохотался.

Эта наглая морда хохотала при мне второй раз в жизни, и это было…

Это было так же чарующе, как и тогда.

Все таки я непроходимая дура.

Отсмеявшись Веринский отпил кофе и умилительно посмотрел на меня:

— Никто не заботился о моих любовницах так, как ты. Это ми-ило.

Он издевается. И, кажется, я его сейчас убью. Несмотря на то, что я просто Настя, а он — великий и ужасный. Вот за это издевательство и убью. И за то, что целует меня после всех них… Ну или перед. И вообще, какое он имеет право…

Я постаралась взять себя в руки. Я просто секретарша.

И нечего.

Сделала каменное лицо — ну, как мне казалось. Достала свой блокнот и холодно перечислила все дела и встречи на сегодня.

Рука Михаила, накрывшая мою, меня остановила.

— Тебе же понравилось?

На этот раз он смотрел серьезно. А я по-настоящему разозлилась. В какую игру он играет? Еще недавно Веринский меня совершенно не замечал — и что такое с ним произошло? Вчера пелена с глаз спала, когда увидел меня в красивом платье?

— Вы прекрасно целуетесь, Михаил Андреевич.