Без предела

– Как дела? – поинтересовалась Пирьо.

Малена отвернулась к стене.

– Лучше. Ночью остановили кровотечение, так что в течение дня меня должны выписать.

– Слава богу, все обошлось.

По телу Малены пробежала волна отвращения, когда Пирьо взяла ее за руку. Малена попыталась вытащить руку, но посетительница не позволила ей этого сделать.

– Чего ты хочешь? – Малена повернула голову, когда молчание между ними затянулось. – Что ты хотела мне сказать, Пирьо? Ты явилась позлорадствовать? Тебе ведь все случившееся на руку, правда?

Пирьо нахмурилась – сдержанно, не слишком строго.

Итак, спектакль начался.

– Ты так подумала? Но ты ошибаешься, Малена, это отнюдь не так, ибо мне действительно очень жаль, что это случилось.

Она уронила голову, плотно сжала губы и отвела взгляд, как будто пыталась сосредоточиться на некоей мысли. Малена была сбита с толку. А значит, все шло как надо.

Отпустив ее руку, Пирьо пару раз тяжко вздохнула, прежде чем вновь обратиться к женщине на кушетке.

– Малена, тебе придется уехать.

Как только тебя выпишут, беги со всех ног, слышишь? – Пирьо вытащила из сумки бумажник с пачкой денег. – Вот, смотри! Здесь восемь тысяч евро, хватит на несколько месяцев. Я собрала твои вещи, чемодан стоит в коридоре.

Сложно было определить, что выражало лицо Малены, но похоже было на отвращение вперемешку с недоверием.

– Прекрасно! Неужели ты и впрямь пытаешься избавиться от меня таким образом, тупая сучка? Я и не думала, что ты осмелишься… И ты действительно считаешь, что сможешь так запросто от меня отвязаться? – Она оттолкнула стопку банкнот.

 – Ату – мой! Поняла? Он и знать тебя не желает. Ты для него всего-навсего прислуга. Ты гнешься и расшаркиваешься перед ним, стоит ему только плюнуть, он сам мне об этом говорил. Вали лучше отсюда со своими жалкими деньгами, Пирьо. А через пару часов ты увидишь меня в Академии на том месте, которого я сама для себя добилась. Я и без помощи доберусь.

Иногда в жизни случаются мгновения, когда ты уверен в глубине души – одна-единственная неуместная складка на лице или небрежная улыбка будут иметь совершенно непредсказуемые последствия.

И Пирьо была искренне убеждена в чувствах, которые Ату всегда питал к ней. Поэтому она предпочла проигнорировать тираду Малены и не утратила контроль над выражающим обеспокоенность лицом. И, раз ей это удалось, Малене придется слепо поверить в ее слова. Пускай она как следует подготовится к тому, что вскоре ее картина мира рухнет.