Без штанов – но в шляпе

– Ничего не ерунда! Тетя Эмма, жена моего дяди Саши, увезла его с собой в Израиль в те же годы. Так что ты думаешь, наши патриархи начали с ними общаться лишь только сейчас, когда в Израиле стало все плохо! Когда там было хорошо, они их и знать не желали.

– И что с Леонидом Пельцером? Верней, уже можно сказать, что там с твоим дядей Леней?

– Эдди сказал, что он попытается найти его следы. Наведет справки.

– И когда это будет?

– Он обещал поторопиться. А потом… потом сам предложил поискать родственников дяди Лени, которые могли вместе с ним и не эмигрировать.

И жестом знаменитого фокусника Леся извлекла из сумочки маленький желтый квадратик бумаги, густо исписанный убористым, округлым, очень четким почерком.

– Адреса и явки всех родственников Леонида Пельцера, оставшихся в Советском Союзе! Два адреса, три телефона, пять имен!

– Адрес его сына, Федора, тут есть?

– Так поедем прямо сейчас к нему!

– Подожди. У меня есть еще адрес и телефон детей Федора – Анны и Виктора Селивановых.

– Почему они Селивановы? Федор ведь, наверное, носил фамилию своего отца – Пельцер?

– Только до того, как последний эмигрировал из Советского Союза. В тот же год мать Федора – Ирина, вышла замуж в третий, и последний, раз за гражданина Селиванова. Он и усыновил Федора, дав мальчику свою фамилию.

– Почему Селиванов усыновил только Федора?

– У Миши отец был в наличии. Пусть Ирина и считала первого мужа непутевым мечтателем, но он имелся в наличии и о сыне своем заботиться не отказывался.

– Мексиканские страсти. По-моему, просто глупо.

– Вполне в духе матери трех мальчиков. Разве ты еще не поняла?

Подругами было решено ехать к племянникам Селиванова, которые и сами носили фамилию своего дяди. Хотя их домашний телефон издавал лишь длинные гудки, в душах подруг теплилась надежда разузнать что-нибудь о молодых людях у их соседей.

– А под какой фамилией жил Федор дальше? Селиванов или Пельцер?

– Первые годы своей жизни он был Пельцером, потом по настоянию матери стал Селивановым, но в возрасте сорока лет вновь сделался Пельцером. А дети его остались записанными на прежнюю фамилию их отца – Селивановыми.

– Спроси чего полегче.

Как подруги и ожидали, никого из хозяев квартиры – ни Ани, ни Виктора – дома не оказалось.