Без суда и следствия

Таня снова отшвырнула от себя письмо...

В принципе, розовая любовь – это не так уж и ужасно. Но Лия сумела внушить ей отвращение ко всяким лесбийским штучкам. И сейчас она продолжала внушать ей то же самое...

И все же она снова взяла это письмо. Любопытство оказалось сильнее отвращения. Таня хотела знать, не грозит ли ей куда большая опасность, чем отвратный секс... Как в воду смотрела.

«...А потом я буду разбирать тебя за твое плохое поведение, – продолжала угрожать Лия. – Я, правда, буду тебя разбирать. На части.

Сначала я отрежу тебе уши, затем вырву язык...»

Лия не шутила. Она всерьез описывала, в какой последовательности будет расчленять Таню.

Это было ужасно. Таня просто не в силах была прочесть до конца это кошмарное письмо. Она не выдержала, смяла его, сунула в пепельницу и подожгла. Но в белом прогорклом дыму ей почудился образ Лии. От страха ее залихорадило, на лбу выступила испарина. Кошмар не сгорел. Кошмар остался вместе с ней...

Лия – змея. Она вывернется из любого положения. Ее посадили в тюрьму, но она обязательно найдет возможность выбраться оттуда.

Она найдет Таню и отомстит ей. Сначала она будет издеваться над ней, затем – резать ее на части... А рядом с ней будет Кирилл. И он станет смотреть, как Таня истекает кровью. Ведь они с Лией заодно. Они сейчас вместе. Вместе и сбегут. Чтобы рассчитаться с ней...

Таня вдруг ясно осознала, какой бред у нее в голове.

И взяла письмо от Кирилла. И сразу же в глаза бросилось имя Лии.

Кирилл писал про нее. Писал, как встретил ее в «столыпинском» вагоне.

Писал, как она угрожала ему. И ни слова о сексе с ней... А не было никакого секса. Не было и не могло быть. Кирилл и Лия – враги. И нет силы, которая смогла бы свести их вместе и поставить под один знаменатель...

Дальше Кирилл писал о том, как Лия пыталась уйти в побег... А она пыталась. Пыталась и будет пытаться дальше. Когда-нибудь она сбежит и доберется до Тани... Но нет, Лия никогда больше не сможет причинить ей зло. Кирилл писал, что ее застрелили при попытке к бегству.

Все, нет больше Лии. Тане больше нечего бояться...

В душе всплеск восторга. Такое чувство, будто это Кирилл остановил Лию. Как будто это он застрелил ее...

В дверь позвонили. Таня отложила в сторону письмо, вышла в прихожую.

Она глянула в глазок. Увидела какого-то мужчину. Рост чуть выше среднего, пивное брюшко, смуглая кожа, нос с горбинкой. Одет вроде бы неплохо.

– Кто? – спросила она.

– Я Леонард. Хозяин этой квартиры.

Про Леонарда Таня слышала.