Без суда и следствия

А то, что он больной человек... Женщину полюбил, от бандитского прошлого избавиться хотел. Его бандюки за это наказали. А теперь мы наказываем, да?

– Давай, давай, жалей бандита. А кто тебя пожалеет?..

– Меня жалеть?! А чего меня жалеть?

– В дерьмо ты лезешь. В дерьмовое болото. Смотри, как бы с головой не засосало...

– Вы это серьезно, Иван Данилович?

– Серьезно, не серьезно, но то, что не шучу, это точно... Не наше это дело. Не наше. Каленцевой пусть МУР занимается. А наше дело – Ветрякова на признание крутить.

..

– Да? Но Каленцева Каплиева убила. По заказу Ветрякова. Ветряков – наш клиент. И Каленцеву, как ни крути, с нас не сбросишь.

– Хорошо, будем с ней по Каплиеву работать...

– А Проклов? О нем что, забыть?

– А вот возьми да забудь...

– Да? А вы сами можете его забыть?..

– Слушай, Астафьев, не бери меня за горло. Сам понимаю, что надо Сомова давить. Но ведь нам же объяснили: дохлое это дело с ним связываться...

– Дохлое не дохлое, а придется... Надо Володарского брать.

..

Какое-то время Толстопят сосредоточенно рассматривал свой ноготь на большом пальце правой руки. Затем махнул этой же рукой – как шашкой рубанул.

– А-а, давай! Берем Володарского, работаем с ним. А дальше – будь что будет. В конце концов, мы – РУБОП, и не по делу нам бояться каких-то мокрушников в белых воротничках.

– Володарского надо под колпак брать.

– Не спорю. Но разрабатывать Володарского – значит разрабатывать сам «Дженерал». А нам это не позволят сделать... А потом, мы можем упустить момент.

Если Володарский узнает, что мы взяли Каленцеву, он просто сделает ноги. Или... Или ему сделают гроб. Тот же Сомов... В общем, будем задерживать Володарского. Прямо сейчас. А ордер потом оформим... Все, оторвали задницы – и вперед!

Сейчас Толстопят напоминал боксера, которому запрещено было выиграть поединок. Но он наплевал на все запреты и ринулся в сокрушительную атаку.

На входе в офис «Дженерала» Кирилла с Димой остановили крепкие парни в черных брюках и белых рубахах.

Морды кирпичом, стрижки черепицей. Глаза как окна-бойницы.

Дима предъявил свое служебное удостоверение. Парни едва взглянули на «корочки».

– Извините, мы не можем вас пропустить, – с ледяной вежливостью сказал один.

– Вас, наверное, в школе читать плохо учили, – усмехнулся Якушев. – Тут же ясно написано – Московское управление по борьбе с организованной пре-ступ-нос-тью. Неужели не ясно?

– Это не имеет значения.

– Ничего, сейчас «маски-шоу» вам устроим.