Без выбора. Влад

А там настоящие хрустящие круассаны, невыносимо вкусные даже на вид. Строить из себя гневную голодную особу не хотелось, хотелось как раз съесть всё то, что в пакете.

— Ты будешь?

— Нет.

Отсутствием аппетита Маша никогда не страдала и с удовольствием накинулась на предоставленные лакомства. Оценила она и воздушные пончики с ванильно-шоколадной посыпкой.

Когда пакет фактически опустел, а кофе закончилось, Маша повернула голову, чтобы поблагодарить Багровского за чудесный завтрак, но осеклась, натолкнувшись на его тяжелый взгляд.

Влад смотрела на неё слишком пристально. Слишком…плотоядно. Другого слова у Маши не было.

Замкнутое пространство машины усиливало эффект, Маша мгновенно насторожилась, по спине побежали мурашки, колени невольно соединились. От взгляда Влада внутри что-то переворачивалось, мышцы живота скручивало от непонятных тревожных ощущений, предчувствия надвигающейся волны.

Маша замерла, ожидая дальнейших действий от него.

И они последовали.

Влад медленно поднял руку и потянулся к ней.

— Не смей.

Он снова усмехнулся, а потом дотронулся до уголка её губ.

— Клубничный джем, — он перевернул палец и показал остатки начинки.

А Машу пробрало до основания. И она поспешно отвела взгляд.

Она неправильно реагирует на Багровского. С первого взгляда, тогда, когда он только вошёл в ту чертову комнату, куда её привели после пальбы. Она ещё тогда почувствовала исходящую от него опасную ауру. Подавляющую, будоражащую.

Опасную для неё.

Влад с ней играется.

Дразнит особенной… Для чего?

Влад снова завел машину, и Маша немного расслабилась.

Даже временная передышка ей не помешает.

— Как Вера?

— Доводит до истерики медсестер.

— Чем же?

— Нарушает режим.

— Требуя пива?

— Что-то в этом роде.

— Ей нельзя пить.

— Я знаю.

— Никому нельзя, — жестко бросил Влад, выворачивая на трассу, что уводила из города.

Маша не удержалась и снова с интересом посмотрела на мужчину.

— Ты хочешь сказать, что не пьешь?

— Нет, — он смотрел прямо на дорогу. — И ты не будешь.

Брови Маши медленно поползли кверху.

Она могла бы сказать, что и не злоупотребляет алкоголем, вернее, вообще его на дух не переносит, приказной же тон Багровского задел её.

— Уже решаешь за меня? — негромко уточнила она, медленно закипая.

— Да. И дальше буду решать при необходимости."

"— Багровский, много на себя берешь и…

— Помолчи, Минни.

— Минни?

Маша растерялась. Умел он её дезориентировать.

— Минни Маус. Ты с этими «шишками» на голове напоминаешь мне подружку Микки Мауса.