Мы с Крис, согрев друг друга взглядами, обмениваемся воздушными поцелуями, чмокнув губками.
— Правила такие… — начинаю я придумывать на ходу."
"Напротив меня, в самом центре диванов, расположенных полукругом — Олег. С левого края Ожников, потом Крис с Лёхой. С другой стороны от Олега сидят Костик, Ринат и Вецкий. Удивительно, но в последнее время это наша обычная конструкция, которая почти никогда не нарушается. А если и нарушается, то только мной. Я позволяю себе влезть куда угодно, но стараюсь долго не засиживаться, всегда возвращаясь к Аронову.
Ощущение тревожности в нашей дружной компании в этот момент сразу же падает. И меня рефлекторно тянет всё время его уменьшать. Наверное, я слишком их балую. Ну и пусть…
— Для начала переворачивайте все свои рюмки-бокалы дном вверх, — рюмки послушно стучат по столу. — А дальше каждый из вас по очереди должен сделать\рассказать\показать нечто такое, что возбудит всех остальных.
Народ слегка оживляется.
Да!! Хочу лёгкий, вкусный, оформленный разврат.
— Если фокус удаётся, то остальные игроки переворачивают свои бокалы, и я им наливаю за здоровье ведущего. Если не удаётся, бокалы остаются попой вверх, и игрок выпивает штрафную и выполняет фант, который я ему придумаю. Ну а начнёт у нас… — обвожу я глазами диваны, — мой Кот Чеширский!
Все с любопытством и азартом разворачиваются к Ожникову, который возмущённо открывает рот. Но потом, задумавшись на пару мгновений, многозначительно поднимает палец вверх.
— Инициатива имеет инициатора! — встаёт и стягивает меня за талию со стола. Разворачивает.
— Что танцуем? — доходит до меня.
— Танец красивой попки… — Саня прогибает меня, вынуждая насесть промежностью на его бедро.
Я возбуждённо вскрикиваю от неожиданности. И закатываюсь от смеха, пряча лицо на его плече. Бачата… Кизомба… Музыка позволяет. Пальцы Ожникова играют по моей спине, подсказывая движения, чтобы мы двигались синхронно.
— Давай всем покажем, как мы с тобой трахаемся обычно за закрытыми дверями моего кабинета, — шепчет он.
Сплетней об этом ходит не меньше, чем про нас с Ароновым.
— Бёдра амплитуднее. Зря я, что ли, полгода над тобой работал?
И я плавно двигаюсь, насаживаясь на его бедро. Краем взгляда ловлю, как бокалы и стаканы потихонечку переворачиваются под наши гибкие встречные движения бёдер.
