Безбашенный

— Ну как же, Антон! Тебе же помощь нужна! Тебе скорую нужно! — продолжает истерить Лена. — Слава Богу, живой…

Даже не отвечаю, нечеловеческим почти усилием заставляя себя сесть.

Пальцы, похоже, целы, — по крайней мере, держать мобилку и нажимать кнопки я вполне способен.

Блядь, — час уже прошел, не меньше, — понимаю, бросив взгляд на часы на экране. Час — это целая жизнь при наших обстоятельствах!

— Роман! — ну, хоть не спит, слава тебе Господи. — Тут у меня проблема по Асколову! Срочно!

— Приезжай, — коротко отвечает, к счастью, не возмущаясь тем, что я его разбудил и не тратя на это драгоценные минуты.

— Блядь, я пока доеду, он такого наворотит…

— Не переживай. Уже не наворотит. Жду тебя.

Углев отключается, и я чуть не разбиваю мобилку о землю. Еще потрачу и на дорогу к нему время. Но, блядь, — тут вариантов просто нет. Если я найду помощь, то только у него сейчас.

— Скорую, Антон, — скулит с земли Лена, — так и осталась там сидеть в грязи на коленях, как сидела передо мной.

— Такси? — набираю еще один номер, очень надеясь, что дождь все-таки смыл с меня хоть часть крови и меня такого все-таки впустят в салон.

Вот теперь тело ломит так, как будто меня всего прокрутили через мясорубку.

Но это — херня, — даже наоборот, отрезвляет и не дает снова отрубиться. Херня по сравнению с тем, что этот больной ублюдок может сделать с моей Мирой!

Глава 54

Мира.

Меня схватили, — как неживую куклу, как вещь — и попросту поволокли из казино."

"Пытаться поговорить, сопротивляться — все было бесполезно.

— Молча следуй за нами, — все, что я получила в ответ. — Или мы применим силу.

Да. Силу применить они могли — и даже запросто! Уж в этом, после всего, что сделал со мной Асколов, я даже и не сомневалась! Никто теперь не то, что возиться — даже слушать меня не будет! И он…

Меня затрясло, когда попробовала хотя бы представить, что будет дальше.

Что он сделает, когда вернется? Неужели и правда — будет насиловать и снова избивать, обращаться вот так, как с вещью?

Пока меня заталкивали в машину, я все же еще надеялась на то, что, может, Вадиму такое и не свойственно.

Конечно, ударить человека, женщину, — если кто-то и может, то тут оправданий нет, это такой человек, нормальный никогда бы так не поступил.