Безбашенный

Кажется, четкие нудные слова вытаскивали меня из какой-то бешено ледяной воронки, в которой я тону и задыхаюсь.

Парни с тревогой и опаской смотрели на меня все лекции, гипнотизирую глазами и явно готовые в любую секунду подорваться, и… И — что? Вытащить меня? Только, блядь, из этого не вытащишь, — это, блядь, не физический мост, с которого ты спрыгнул, это все внутри и гораздо хуже. Только вот, похоже, именно этого они и опасаются, — что я реально пойду и сигану с какого-то моста, ну, или выброшу что-то в этом роде.

Даже смешно, блядь.

— Да успокойтесь вы, — бормочу, когда пары заканчиваются и мы все дружно выходим из универа. Вены резать я себе не собираюсь, — я что, совсем слабак или клинический идиот, что ли? Хреново же вы, друзья, обо мне думаете!

Славка открывает было рот, — но, через пару секунд снова захлопывает его, только качая головой.

Знаю. Знаю я все, что он хотел мне сказать, как и Эд. Что и у него с Лерой было не все так просто, — вон, он ее даже за любовницу Артура когда-то принимал, хозяина «Искры», в которой она работала.

Только вот, блядь, — Лера его, как и Дина Эда, практически на его глазах ему изменившая в свое время, их не вышвыривали в мусорку и по чувствам не топтались. Их любовь была сложной, не простой, — никто не спорит, но, блядь, она была взаимной! И даже во время самых больших сложностей каждый из них знал, что есть шанс!

Андрюха тоже порывается что-то сказать, но так же замолкает.

Понимает, что и его слова — все не те.

И что он скажет, я тоже знаю, — что-то вроде того, что девчонок много и выбирай любую, не хрен зацикливаться на одной.

"

"Только вот все мы понимаем, что в моем случае это не сработает.

Потому что я, блядь, — уже давно зациклился. И другие мне сейчас не то, что не помогут, а наоборот, только отвращение вызовут. И станет, скорей всего, только хуже, — потому что не смогу я сейчас забыться ни в одной постели, пусть секс будет и самым жарким.

Ее глаза будут стоять передо мной, и, блядь, только дорву себя на последние лоскутки. Не выход.

Однозначно.

— Тох, может, в «Искру»? — каким-то совсем безнадежным голосом спрашивает Андрей, взъерошивая волосы, — и, блядь, понимаю, что реально, впервые в жизни вижу его растерянным.

Блядь — да я и сам потерян так, что хуже просто невозможно! Эх, как бы я хотел, чтобы мне повезло так же, как Глебу, Славке и Эду в свое время. Чтобы увидеть в лицах друзей в тяжелый момент уверенность и поддержку и услышать что-то вроде «не кипишуй, прорвемся».

Но, блядь, — нет.