Онлайн-библиотека книг
Шарахаюсь от каждой появляющейся на горизонте девчонки, — потому что, блядь, встречаться с ней, — вот пусть даже так, случайно, в коридорах, — это просто мазохизм! Одно сплошное проворачивание ножа в сердце — снова и снова. Нет, блядь, лучше вообще — забыть и не видеться! Даже и не вспоминать!
А все равно сердце каждый раз жадно бьется, стоит только издалека увидеть копну черных волос.
Я, блядь, наверное, и правда, мазохист, потому что при всем нежелании с ней встретиться, в глубине души именно на это и надеюсь, и, блядь, до скрежета челюстей, до зуда в сжатых крепко пальцев в кулаки таки хочу ее увидеть!
Это пиздец.
Благо, я на нее таки не натыкаюсь.
И вечером выхожу из универа с каким-то болезненным облегчением. В конце концов, у заочки и стационара разное время пар, да и наша сессия скоро закончится. Возможно, есть даже шанс, что мы вообще больше никогда не пересечемся, пусть даже и будем ходить по одним и тем же коридорам и аудиториям. Осталось только перестать так маниакально прислушиваться к ароматам, и перестать думать о том, что вот на этом месте, на которое я сажусь, может быть, с утра сидела Мира.
* * *
— Принимай новенькую! — делаю морду кирпичом, когда в «Эйфории» вечером таки появляется Апполо со своей свитой, выталкивая вперед мнущуюся Милу.
— Это в каком смысле? — хмурится звезда попсы, окидывая нашу подругу с головы до ног уничижительным взглядом.
— В том, что она — ценный и совершенно незаменимый кадр для каждой звезды, Лех! Ты всю жизнь мне благодарен будешь за такой бриллиант!"
"— Да? — Леха вскидывает бровь и морщится, прикуривая.
— Ну, Лех, — я ржу, а Мила сникает, опуская голову.
