Безбашенный

— Кстати, танцуй! Я выбила нам самый шикарный столик! Пятый номер, почти у самой сцены! Идеальное просто место! Греметь не будет, как в первом ряду, но зато все будет видно лучше, чем остальным! И бар там рядышком, а сбоку танцпол!

— Как тебе удалось? — блин, я еще как-то и не настроилась окончательно на вечеринку — ну да, все потому, что не хватало вот ее голоса — ну, в смысле компании на вечер. Эх, в прежнем универе все было иначе… И мы бы уже целой стайкой сидели бы над нарядами с девчонками!

— Ну… Ловкость рук и никакого мошенничества! — хохочет Марина.

 — Потупила глазки, постонала, что мы новенькие и никого не знаем, и вот оно — счастье! Только, Мир! Надо же вовремя приехать, а то, если опоздаем, столик пустовать не будет! И нам придется жаться где-нибудь у дальней стеночки, и мы оттуда ничего вообще не рассмотрим! Так что давай! Собирайся там в темпе! Лучше вообще бы пораньше приехать!

— Оооо, Марин… — растерянно смотрю на часы и понимаю — ну, никак пораньше точно не успеть! — Давай ты меня не жди! А то реально столик профукаем! Занимай места, а я уже подъеду.

— Только не говори, что у тебя проблемы и тебя не отпускают! — так и слышу, как падает шкала восторга и настроения в голосе. — Тебе не пять лет, в конце концов, и даже не шестнадцать! Или у тебя парень ревнивый? Тогда бери его с собой, — думаю, никто и не заметит и его пропустят с нами!

— Да нет, Марин, все нормально, — усмехаюсь, почему-то представляя, как бы пришла на вечеринку с Антоном.

Хотя… если бы мы были вместе, то сильно сомневаюсь, что захотелось бы куда-то идти в людное место, — мы даже на море никуда не выбирались, все никак надышаться друг другом не могли. А счастье требует интима и не терпит чужих глаз, да…..

Черт, — ну вот зачем я снова вспоминаю?! Решила же — прошлое должно там и остаться! Но все равно — душу скребут противные кошки….

— Я просто не успеваю! Но буду обязательно! Все, Марин, езжай, пока не поздно!!! Чем дольше мы с тобой болтаем, тем меньше у меня времени на сборы!

— Тогда не отвлекаю! Все! Пока!

Слышу, как стучат Маринкины каблуки, пока она не отключилась и так и представляю, как она носится по комнате, наводя последний марафет.