Как народ забухтел тогда, вождь сознался, что вы главного хорта пошли убивать. Не предатель, мол. Наоборот, наш спаситель. Ну, а позже к словам тем прибавилось, что ценой своей жизни врага одолел. Перестали ведь орды лезть. Только Вея не верила, слёз, как все остальные, не лила по вам. Ох и радость, Ваша Милость! Ох и радость!
И только сейчас до меня дошло, что применимое лишь к благородному обращение уже дважды прозвучало и даже не шёпотом. На радостях торговцы позабыли, что моё якобы знатное происхождение — тайна.
— Мужики, вы чего? — шикнул я на окруживших меня элцев. — Какие ещё милости, вашести. Меня Китар звать. Тьфу… То есть Брук. По бумагам я теперь так зовусь.
И, оглядевшись — вроде посторонних нет рядом — добавил совсем уж шёпотом:
— Забудьте про Милоша Соболевского. Я с Каса охотник. Когда-то провожал ваш обоз. Брук. Запомнили?
Торговцы стушевались.
— Простите… Прости, то есть. Брук. То на радостях…"
"— Ладно, — махнул я. — Забыли. Не меньше вашего рад. И вас видеть рад, и вестям уж тем более.
Я как раз ведь к Оргарам иду.
— Тумен примет, как дорогого гостя, — закивал Негода. — Ты — герой. Спас клан. Всех нас спас.
— Выгорел тогда мой план стало быть? Перебили хортов?
— Кого не убили — те сбёгли, — осклабился элец. — Да, Харады с Курлунами почти все внизу полегли, как и вожди ихние, но проход в крепь расчистить успели. Кто выжил, по лестнице отступили. А хорты за ними — под стрелы и пики. До выхода наверху едва ли каждый третий зверь добирался. Побили мы ту орду, а новых уже нема.
Наловили вместе с Оргарами рыбы, отъелись и, для надёжности выждав немного, вместе с Рабаней и вашими к тракту направились. Тумен нас проводить людей выделил. Братьями расстались со снежниками.
— А дальше? — поторопил я на миг замолчавшего Негоду.
— А дальше всё, — пожал плечами торговец. — Они — к морю, мы — к дому по тракту. Видишь? Нового товару набрали. В империю везём. Теперь ты давай рассказывай. Каким чудом…
Я коротко цыкнул, затыкая Негоду. В нашу сторону направлялся Игнат в сопровождении остальных душегубов.
Или что-то забыли забрать из повозки, или, что скорее, спешат отогнать от фургона зачем-то обступивших меня чужаков.
— Всё потом, — процедил я сквозь зубы. — Идите. Быстрее.
Слава Единому, Негода соображал шустро. Элцев тут же как ветром сдуло.
— Кто это? — хмуро поинтересовался подошедший Игнат.
— Старые знакомые, — небрежно махнул я рукой. — Под другим именем меня знают. Можешь не переживать. Всё нормально.
