Выкрикнувший данное послание дружинник — скорее всего один из десятников — с направленным в сторону леса арбалетом осторожно высунулся из-за борта повозки. Только его позиция уже перестала быть безопасной, ибо, выдвинув свои требования, Китар тут же бросился в сторону и сейчас уже смотрел на преданного Зимородовым воина совсем под другим углом.
Хлопок спущенной тетивы — и раненый арбалетчик охает, выпуская оружие из рук, и хватается за бок, где засела стрела мальчишки.
— Даю полминуты на подумать! Всё ценное, что есть при обозе, ваше! Мне нужен только мальчишка!
И в этот раз уже никто не пытается высмотреть в лесу орущего.
Народ слишком напуган. Пятнадцать минут назад их было больше семи десятков хорошо вооружённых, уверенных в себе воинов при двух одарённых. Теперь за повозками прячется всего пара дюжин не знающих, что делать, трясущихся от страха трусов. А вокруг россыпью расчленённые даром Китара тела их товарищей и приятелей, стонущие раненые, хрипящие умирающие, лужи крови, отсечённые конечности и трупы, трупы, трупы… Много трупов, среди которых в том числе и погибший хозяин.
За кого умирать? За чванливого мальчишку? Я знал, что они сейчас выберут. Китар посрамил меня.
— Куда?!
— Пусти?!
— Сбежать думал?! А мы?!
Из-за борта повозки видно, как пытавшегося забраться на привязанную у края лагеря лошадь Якова, сдёргивает на землю сразу несколько человек.
— Куньи отродья! Трусливая падаль! Мрази!
Громкая затрещина обрывает поток ругательств. Мальчишке затыкают рот тряпкой и принимаются спешно обматывать его верёвками.
— Эй! Ваша Милость! По рукам! Сейчас будет!
Короткая потасовка — и ещё кто-то чересчур верный слову или контракту падает с перерезанным горлом. Вопрос решён окончательно.
— Затащите его в лес на пару дюжин шагов и оставьте! — приказывает снова перебежавший на новое место Китар. — И мои мечи прихватите! Те, которыми Никодим дрался!
Он услышан. Инициативная группа проносит между повозок извивающегося мальчишку и углубляется в лес. Смотрим за ними, спрятавшись за сосну.
Стрела на тетиве. Но никакого подвоха здесь нет. Отсчитали шаги, бросили тело на землю, положили рядом мечи. Молодцы! Даже ножны сняли с пояса трупа.
— Ваша Милость! Готово! Уходим!
Дождавшись, когда дружинники вернутся на тракт, Китар выскакивает из укрытия и подбегает к гусеницей дрыгающемуся на земле пленнику. Вот и поменялись местами.
— Принял! — орёт мальчишка. — Свободны! Род Соболевских вам мстить не будет! Жизнь куплена честно!
И всё.
