Я бы вам заплатил за услугу. Хорошо заплатил. Мне на Фат нужно.
Охотник остановился. Маленькие серые глаза исподлобья уставились на меня.
— А ты наш, что ли?
— Нет. Родню ищу. Есть надежда, что на вашем острове сестрица осела.
— Чужаков не беру, — затряс патлами дядька. — Такое только с разрешения выборных. Надо, чтобы кто-то за тебя поручился сначала. Богатый? Так могу за плату письмо передать. Ответ потом в форт забросят, что дальше по тракту.
Отказ не смутил беса.
— Знаю. Всё знаю. Но время… Время не терпит.
Разрешение выборных будет. Куплю. Слышал, на Фате так можно.
— Что? — хрюкнул дядька. — Настолько богатый? Тогда десять золотом. Мне. И моей жене шубу.
И непонятно, шутит он так или нет. Деньги ведь сумасшедшие просто.
— Шутите, сударь? — подозрительно нахмурился Ло.
— Я на шутника похож?"
"Дядька пока рычал, но по его лицу было видно, что он в шаге от перехода на ор.
— Думаете, только вам позволено нас обдирать? — всё сильнее багровел обиженный торговцем охотник. — Хочешь попасть на Фат в этом сезоне, заплатишь втридорога.
Я же вижу, что тебе, кунь торгашская, позарез нужно. Я людей насквозь вижу. Считай, дар такой.
Втридорога? Да тут в десять, если не в сто раз больше цена, чем оно есть на деле! Этот Моха совсем озверел. Ещё и выборным каким-то платить. Бесу-то на деньги мои наплевать. Особенно сейчас, когда порешили, что на Землю он во мне перейдёт. А я прекрасно помню, как потом и кровью зарабатывал свой первый серебряный. Я богатства Ангуса своим лучше оставлю, чем вот так разбазаривать.
Чего тянет Ло? Пора связями козырять.
— Вы не правы, уважаемый Моха, — чуть ли не ласково проблеял свой ответ бес. — Я к торговцам отношения не имею. Охотник, как и вы.
— Да хоть сам император. Я цену назвал.
— Ну что же. Вы в своём праве. Всякая цена справедлива, если её готовы платить.
И вот тут я не выдержал. Изгоняю беса и поспешно вставляю:
— Только, может быть, получится сделать скидку другу вашего земляка. Как-то мне довелось сражаться бок о бок с Рабаней-Туманником.
Вот бы кто точно за меня поручился, окажись он здесь.
Насупленное до того лицо Мохи странно вытянулось.
— Большой такой? Лысый? — изменившимся голосом спросил дядька.
— Да нет. Маленький, чернявый, косматый. Волосья повсюду. При нём Брант — здоровяк.
Проверяет. Теперь убедился, что знаю Рабаню, а не просто где-то имя услышал.
— Говоришь, друг твой? — прищурился Моха.
— Почти брат. Боевой товарищ. Спина к спине бились.
Фатой медленно втянул носом воздух.
