Безликие

— Подожди, — вдруг посмотрела на Кланию, Стирра, которая выглядела намного младше нее, — если его не просил нас найти твой отец и он-же явно не помогал ему в этом деле, то как он смог это сделать? Как он вообще нас нашел и откуда нас сюда притащил? Да и вообще, я хочу знать, что тут происходит? Кто он, наконец, такой, этот парень?

И она твердо посмотрела на Кланию с колен которой так и не слезала ее младшая дочка.

— Хорошо, я расскажу, — кивнула ей в ответ девушка.

И уже собралась продолжить, когда ее прервал другой голос.

"— Только возможно вам сначала стоит переодеться и принять ванную? — драконица как-то позабыла о том, что кроме них в этой комнате есть и еще кто-то, — это наша с Кланией и еще одной девушкой комната, и я думаю мы сможем подобрать для вас одежду. А то носить только куртку Степа это как-то…

И эта неизвестная эльфийка, что предложила ей одеться, замолчала, многозначительно глядя на Стирру.

Та только сейчас и вспомнила, что девушка права, и на ней, кроме этой самой куртки, ничего и не надето.

— Простите, — произнесла она, — столько много навалилось на меня. Вы не против немного подождать с разговором. Если это возможно, я хотела бы помыться и искупать Келанию. А потом буду благодарна, если вы выдадите мне несколько платьев. Если меня не обманывает зрение, то у нас с вами совершенно одинаковые фигуры.

И она посмотрела на говорившую.

— Конечно. Ванная комната там, — и девушка указала на боковую дверь, — а одежду мы для вас приготовим.

— Спасибо, — поблагодарила ее Стирра и прошла в указанную комнату, — Кела, как я помоюсь, то позову тебя, — предупредила она девочку.

— Хорошо, мама, — ответила та.

И драконица еще раз кивнув и оглядев оставшихся в комнате девушек, вошла в не очень большую ванную комнату.

Уже забираясь в теплые объятия наполненной водой ванной, она вновь вспомнила прикосновение этого непонятного парня, который оказывается был таким же странным мужем ее дочери.

Как такое может быть?

«И почему я не могу забыть именно его случайное прикосновение», — разозлилась на себя девушка, — «и не помню более страстных объятий своего возлюбленного».

Но именно в этот самый момент, благодаря таким простым сравнениям, девушка четко ощущала то, что у них когда-то было, оно там и осталось.

И глядя на свою дочь она поняла, что между ее прошлой жизнью и тем, что она может увидеть сейчас пролегла практически непреодолимая пропасть.

Пропасть, разделенная тысячелетиями.

Она прикрыла глаза.