– Невосполнимое повреждение нерва, и я не могу ее сгибать. Так что либо съемный протез, либо артродез голеностопного сустава."
"– Разве артродез не был бы менее болезненным выбором? – осторожно предположила Риз, понимая, что для столь независимой личности, как Тори это достаточно болезненный вопрос.
– Возможно, – признала она. – Но тогда я была бы менее мобильной. Сняв протез, я хорошо гребу, и могу тренироваться. К тому же, я всегда надеялась… – Ее голос сорвался, и она отвела взгляд.
– Надеялась на что? – Мягко настояла Риз.
– Что снова смогу войти в олимпийскую сборную. После артродеза о профессиональной гребле можно забыть навсегда.
– Сколько времени прошло с тех пор? – Тихо спросила Риз.
– Со дня несчастного случая? Почти десять лет. Наверно, смешно продолжать надеяться, правда?
– Нет, – быстро сказала Риз. – Если человек чего-то по-настоящему хочет, не нужно закрывать к этому все двери. Тебе лучше знать, сколько боли ты можешь вынести, и стоит ли оно того.
– Спасибо. – Тори смотрела на нее с благодарностью.
– Правда, моя семья и мои друзья с тобой бы не согласились. Они считают, что я должна была позволить хирургам сделать это с самого начала, еще когда в первый раз попала в больницу.
– В первый раз?
Тори снова посмотрела в сторону.
– Было много проблем – инфекция, некроз мышц… пришлось делать несколько операций.
Риз смотрела на нее, не показывая своего беспокойства. Армия научила ее не отвлекаться на боль сослуживцев, ведь даже секундная потеря внимания может означать еще большие жертвы.
Но мысль о страдании Тори проникла через этот привычный щит, и Риз пришлось приложить усилие, чтобы выместить из головы образ того, как Тори борется за свою ногу, лежа на больничной койке. Сильные женщины не нуждаются ни в жалости, ни в соболезнованиях.
– Каякинг помогает?
– Да, немного. Я снова в воде и мне нравится задавать ритм. Правда, эта лодка чересчур тяжелая.
– Даже не представляю, как у тебя получается донести ее от джипа до воды и обратно.
Тори улыбнулась.
– Да, это не совсем удобно, но и не так сложно, как может показаться на первый взгляд.
К тому же почти всегда находится кто-то, кто может помочь. И все же, это не идет ни в какое сравнение с той свободой и с тем полетом, которые ощущаешь, когда занимаешься академической греблей.
Ее грусть была очевидна, и Риз вспомнила фотографию, где счастливая Тори и вся ее сборная сгруппировались на воде для снимка.
– Мне очень жаль, – выдохнула она.
– Ничего, все в порядке. Правда.
