И хоть уже в сотый раз я мысленно проигрывал в, голове наш разговор, мое признание я, всё ещё был не готов вернуться домой. Да и Кира, вероятно, еще спала. Я хотел, чтобы она, проснувшись, пришла в себя прежде, чем я сброшу на нее свое жалкое признание в безответных чувствах. Я решил, что вода поможет мне собраться с мыслями и нашел парковку у причала, заплатил за весь день на всякий случай. Выйдя из машины, я глотнул свежего воздуха и решил пройтись в надежде, что прогулка хоть как-то успокоит мои нервы и прояснит голову.
Тогда может я буду готов встретиться лицом к лицу с Кирой и своими опасениями.
Я бродил, наверное, несколько часов. Не знаю, сколько я прошел, но ноги уже начали гудеть. Но эта боль была даже приятной в сравнении с тем, что мне предстоит испытать, когда Кира скажет, что не чувствует того же, что и я. Мысль о том, что мои чувства не взаимны, сводила с ума. Как она целовала меня вчера, то, как заботилась обо мне… Или это ничего не значит для нее.
Когда солнце практически село за горизонт, я решил, что пора.
Черт. Я хотел взять ее на руки, обнять, поцеловать, сказать, что мне так жаль, что я оставил ее одну сегодня утром, а потом признаться, как сильно я люблю ее. Это то, что я хотел сделать, и это же было самым сложным решением в моей жизни. Я практически слышал каждый стук своего сердца, когда подъезжал к дому. Черт, я действительно собирался сделать это. Я действительно собирался бросить свое сердце к ее ногам. Надеюсь, она не разорвет его на куски. Кира могла уничтожить меня, разбить, сломать… или могла ответить взаимностью, и тогда моя жизнь полностью преобразилась бы.
Мысль о том, что она, возможно, примет меня, придавала мне немного уверенности."
"Мне не хватало воздуха, когда я въехал на улицу. Вот оно. Момент истины. Всё или ничего. Когда я увидел дом, мое сердце замерло. Хонды не было. Клянусь, еще какой-нибудь час, и я бы убил себя собственными мыслями, а Киры даже не было дома. Где, черт возьми, ее носило? Ох, сегодня понедельник. Все ясно. Сегодня у нее учеба, смена у Пита.
Я подумал было развернуться и поехать прямо в бар, но я не мог этого сделать. Я не мог изливать душу на глазах у десятков людей. Нет, в этот момент мы должны быть вдвоем. Только она и я. Тогда мы бы прояснили, что же произошло между нами, и решили бы быть вместе. Я был бы ее парнем, она - моей девушкой. Девушка. У меня никогда не было девушек. Я так хотел, чтобы Кира стала первой и единственной. Боже, как же я надеялся, что она согласится.
