— Кира?
Я видел, как вздрогнули ее плечи. Она не хотела, чтобы я увидел ее в таком состоянии.
— Что, Келлан?
— Все хорошо? — спросил я, заранее зная ответ.
Она обернулась и замерла, глядя на меня. Ее глаза блестели, когда сглотнула ком в горле.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она. Ее голос был полон злости. — Тебя же развлечения ждут?
Чувствуя себя полным идиотом, я указал на холодильник, открыл его и достал взбитые сливки.
— Девочки попросили… — чего именно они хотели было и так понятно, поэтому я замолчал.
Кира была в ужасе. Что ж, наверное, мои действия были действительно пугающими с ее точки зрения. Надо бы объясниться, но стоит ли делать это сейчас? Я не смогу произнести правду, это слишком для меня, а ложь… недостаточна."
"Громко выдохнув, Кира закатила глаза и отвела взгляд. Затем она закрыла глаза, и я мог поклясться, что она борется со слезами, нахлынувшими из-за кучи непонятных, конфликтующих эмоций.
— Кира… — ее имя звучало так нежно, и мне понадобилось время, чтобы собраться. Когда она посмотрела на меня, я продолжил: — Да, я такой.
Пока ты не появилась… Это я. — Я был таким когда-то, но теперь я другой… Потому что люблю тебя. Но мне нельзя говорить тебе об этом, так что я не стану это делать. Я указал наверх, на Денни, на мужчину, с которым она должна быть. — А ты — вон там. Вот как должно быть…
Меня одолело желание обнять ее, и я сделал шаг вперед. Но затем остановился. Если я сдамся сейчас, если прикоснусь к ней, мы вернемся в этот порочный круг боли, из-за которого в первую очередь мы там, где мы сейчас.
Нет, нужно держать дистанцию. Нужно подняться наверх и оставить ее в покое. Никому не будет лучше от продления этой пытки.
Я развернулся, направляясь к выходу, но замер в дверях.
— Спокойной ночи, Кира, — прошептал я и ушел, прежде чем она успела ответить. Говорить больше не о чем. В мгновение ока я вернулся к двум девушкам, ожидающим в моей комнате, и пообещал себе, что сегодня я не произнесу имя Киры. По крайней мере, не вслух.
Глава 24. Боль в студию
Дни, ночи, а иногда и раннее утро были чередой случайных встреч.
Даже для меня это был перебор. Так я пытался перестать думать о Кире, но она по-прежнему была единственной, кто занимал мои мысли. Всякий раз, когда я был с девушкой, я думал о ней. Я занимался любовью с Кирой снова и снова, и снова, меняя десятки тел, но прокручивая в голове один и тот же сценарий. Не кто-то безликий, а Кира проводит по мне руками, покрывает поцелуями мое тело, умоляет взять ее.
