— Понятия не имею, — вздохнул я. — И если бы я знал, как все это разрешить, не причинив никому вреда, поверь мне, Дженни, я бы сделал это, — я поднял руки. — Честно говоря, я не знаю, что делать
Она нахмурилась, услышав мой ответ.
— Тогда зачем вообще ввязываться в это? Она была счастлива с ним, ты не должен был…
— Я не планировал.
Дженни строго посмотрела на меня.
— Не планировал? Он один из твоих лучших друзей, Келлан. Это по умолчанию стоп-сигнал, независимо от обстоятельств. Знаю, ты обычно не заботишься о таких вещах, но… ты должен был.
Краем глаза я заметил, как Денни и Кира вышли из бара. Они уже отправляются домой. Не имея достойного оправдания, я просто сказал:
— Знаю. Но я засранец, и я все равно это сделал, так что… Что мне теперь делать?
Дженни покачала головой.
— Скажи ему.
У меня внутри все сжалось при мысли о встрече с ним. Как я мог так предать его? Он никогда не простит меня. Я здесь ради тебя, Келлан. Я всегда буду рядом.
Я не торопился домой. Я проехал пять миль, не превышая скорости.
Я делал неправильные повороты, которые водили меня по всему городу, и все это в надежде, что Денни и Кира будут крепко спать, когда я переступлю порог. Я придал новое значение слову «избегание»."
"Когда я наконец добрался до дома, все было тихо. На цыпочках поднявшись наверх, я приготовился ко сну. Как мы можем продолжать делать это, пока мы живем все вместе? Да легко — мы не можем. Трения, напряжение и ревность разорвут нас на части. Это уже вредит нам. Лежа под одеялом, я смотрел в потолок и ждал, когда сон одолеет меня.
Сон не шел… но пришло что-то другое.
Дверь моей спальни со скрипом открылась. Приподнявшись на локтях, я смотрел, как Кира проскользнула в щель и закрыла за собой дверь. Какого черта она здесь делает? Она великолепна в облегающем топе и свободных пижамных штанах. Она, казалось, светилась в серебряном лунном свете, и глаза ее были яркими и совсем не заспанными. Она ждала меня. Но почему?
Прежде, чем я успел задать ей вопрос, она скользнула в мою постель, обхватила меня ногами и обняла за шею.
От такого внезапного порыва я упал на подушки. Она снова со мной.
— Это сон? — прошептал я, когда ее губы приблизились к моим.
Боже, если да, пожалуйста, не дай мне проснуться.
Когда наши губы соприкоснулись, я провел руками по ее спине, запустил пальцы в ее волосы.
— Я соскучился, — прошептал я, углубляя поцелуй.
— Я тоже… очень.
Ее слова согрели и охладили меня. Находиться в ее объятиях было так хорошо, но так неправильно.
