Он никогда не поправлял свои брюки обратно, когда он подошел ко мне, мои руки, двигаясь по собственному желанию, потянулись к нему, касаясь пояса его нижнего белья и его бедра.
— Последний шанс, — предостерёг он. — Я все еще могу отвезти тебя куда угодно, не задавая вопросов.
Я покачала головой и проскользнула руками под его нижнее белье, обхватывая руками упругую гладкую задницу.
— Потом не говори, что я тебя не предупреждал, — прорычал он.
Он сгреб меня снова и отнес в спальню, положил в центре кровати и навис надо мной.
Он развернул полотенце, сначала одну сторону, потом другую, пожирая меня своими голодными глазами.
— Боже, ты так сексуальна, — его голос был низким, хриплым и едва слышимым.
Я покачала головой. Данил никогда не говорил мне таких вещей, и поэтому моя самооценка все время скакала. Клим выглядит как те парни, которые заводят романы с супермоделями или актрисами, а не такими девушками, как я.
— Да. Ты божественна. У тебя идеальное тело, — он провел руками вверх, по моему животу, между грудями и вернулся обратно к ним, потирая большими пальцами мои соски.
— Не могу дождаться, чтобы всю тебя попробовать.
Его руки вытворяли волшебные вещи с моей грудью, заставляя меня выгибаться и извиваться под ним. Затем он поцеловал мое плечо, проведя кончиком языка по нему, скользнул губами по моим грудям, вниз между ними, и целовал по очереди мои соски. Он поднял одну грудь, целуя ее и пощипывая за соски, пока целовал другую. Я потерялась в его ласках, просто лежала там с закрытыми глазами, положив руки на его спину и плечи и запрокинув голову назад.
Я почувствовала, как что-то толстое коснулось моего клитора, и подумала, что он снял одежду, но это был его палец, который кружил вокруг моего влажного, жаждущего естества, скользя вниз, в меня, а затем вверх, возвращаясь к клитору. Я еще не задыхалась, но была близка к этому. Я прижалась спиной к кровати и вспомнила, что хотела прикоснуться к нему.
Я тянула с него джинсы, пока они не сползли на бедра, и он пошевелился, чтобы сбросить их.
Мои руки снова нашли его задницу, и меня снова поразило, какая она была мускулистая и упругая. Внезапно, я вспомнила, каким мягким и маленьким был Данил, а потом я выбросила все мысли о нем из головы. Я была настолько заинтересована в том, что сейчас происходило, что Данил просто перестал существовать в этот момент.
Губы Клима продолжили спуск вниз, целуя мои ребра, затем живот, мой пупок, мои бедра.
