— Мое хобби восстанавливать классические мотоциклы. Это был Харлей 1967 года, в котором я перестроил двигатель наружу. Я просто добавил несколько штрихов к нему и решил на нем прокатиться. — Клим покачал головой. — Я ехал очень быстро, когда начался дождь. Я так разозлился. Думаю, я переделаю кожаное сиденье на нем.
— Бедному ребенку не угодило кожаное сиденье,— подразнила его я. Отстегнувшись, когда самолет выровнялся.
— Я бы хотел. Чтобы ты могла увидеть себя, — сказал Клим, и его глаза мерцали от смеха, даже когда потемнели от желания.
— Твое маленькое синее платье промокло и прилипло к коже, что делало тебя практически голой. Ты была босой, сердитой и с разбитыми коленями. Ты бежала прямо ко мне и когда посмотрела на меня, казалось, как будто ты никогда раньше не видела мужчину.
Мое терпение кончилось, и я была на грани того, чтобы ударить Клима по голове бутылкой ликера и перетащить его в спальню. Думаю, он знал об этом и продолжал меня дразнить.
Клим не отстегнул свой ремень и оставался сидеть на месте даже тогда, когда я переместилась на его колени и потерлась своей киской о его промежность.
Он был готов для меня, но язык его тела излучал безразличие. Я ни на секунду не купилась на это.
— Я никогда не видела мужчину до тебя,— прошептала я ему на ухо, покусывая мочку.
— Тогда можно сказать, что я был твоим первым мужчиной? — руки Клима обернулись вокруг моей талии
Я схватилась за его рубашку и сосредоточенно расстегивала каждую пуговицу, постепенно открывая все больше и больше и целуя его грудь.
Его дыхание сбилось и стало прерывистым, а сердце в груди забилось быстрее, так что не настолько он был равнодушен к моим ласкам, несмотря на то, что держался совершенно неподвижно, положив руки на мою спину и отклонив голову назад."
"Я чувствовала, как растет его эрекция и прижалась своей киской к нему. Его бедра стали двигаться в странном ритме, и я поняла, что ему, вероятно, тоже было неудобно, так что я решила использовать это против него.
Я спустила его рубашку к предплечьям, позволив ей свернуться на локтях, а затем оставила ее там. Чтобы ее снять, ему нужно было отпустить меня или оставаться в ней, ограниченным в движениях. Я провела ладонями по его груди и взяла в рот один из его небольших сосков, прикусив легонько зубами, чтобы услышать, как из него вырвался протестующий стон.
