Проректор назвал её по имени. Откуда он его знает? Она представилась старостой, но имени не называла. Значит, он прочёл его ментально. Но ментальное воздействие проректор начал, разумеется, не ради того, чтобы узнать её имя. Он метится куда-то дальше. И Тереса догадывалась куда. Хочет добраться до её свежих воспоминаний и заставить напрочь забыть, что произошло. Скорее всего, не весь их разговор, а только маленький провокационный эпизод.
Какое коварство! Магический этикет предписывает сначала получить согласие, а уж потом применять ментальные приёмы.
А Тересу, похоже, собираются взять хитростью? Не выйдет! Дьер проректор, конечно же, и не догадывается, но она кое-что понимает в менталистике. Она ведь тоже менталист, вернее зооменталист. Её ментальный дар действует на животных. Но не только. Тереса в состоянии уловить внешнюю попытку воздействия на себя.
Она ощутила лёгкое онемение в затылке. Это оно. Опытному менталисту достаточно тактильного контакта и зрительного контакта глаза в глаза, чтобы задвинуть маленький кусочек воспоминаний на задворки памяти.
Жертва не успеет и глазом моргнуть. Но нет, Тереса не хотела расставаться со своим провокационным воспоминанием. Почему? Оно ей понравилось? Не важно. Не хотела и всё!
— Прошу извинить, но очки снять не могу. Я без них ничего не вижу, — Тереса высвободила руку.
Ментальный контакт тут же прервался. На лице проректора промелькнула досада. Тереса внутренне победно усмехнулась.
Насчёт очков, кстати, она почти не покривила душой.
У неё действительно близорукость, а очки делают её зрение безупречным. Правда, есть у них один секрет — стёкла очков особенные. Неспроста проректор почувствовал, что они мешают ему применить ментальный приём. Прочесть имя — максимум, что дадут сделать толстые стёкла с секретом.
— Опаздываю на лекцию, дьер проректор. Должна идти.
Тереса подняла с пола чайник и стремительно вышла из комнаты, пока фиолетовоглазый не затеял ещё какого-нибудь коварства."
"Ушла. Маленькое упрямое очкастое недоразумение.
Джозеф встал и раздражённо накинул халат. Хорошо же начинается его новая жизнь в качестве проректора затерянной в полудиких лесах Далеутской академии магии. Когда соглашался на должность, догадывался, что работа — не сахар. Но не таких проблем, как сегодня, он ожидал.
Будь Джозеф в форме, ничего подобного, разумеется, не произошло бы. Но он был очень не в форме. Истощён почти до самого дна, вымотан морально, физически и магически.
