Ему очень хотелось сказать, что редактор Леся вообще-то приходится Виолетте Францевич какой-то дальней родственницей, и напомнить, что на работу в компанию ее привела именно Тараканова, так что если девчонка оказалась неопытной, некомпетентной и налажала, то с Латыпова спроса нет, пусть сама Виолетта и расхлебывает, разбирается со своей протеже. Хотел – но удержался. Гибкий человек.
– Я разберусь, – коротко ответил он. – Сколько у меня времени?
– Неделя, – так же коротко ответила Тараканова и уткнула глаза в лежавшие перед ней бумаги.
– Либо через неделю ты лично везешь этого Кислова на канал и он в твоем присутствии подписывает договор, либо мы замораживаем проект, а израсходованные средства спишем с тебя. Впрочем, можешь внести наличными или банковским переводом, оформим как спонсорский взнос.
Латыпов молча пошел к двери, с трудом удерживая кипящую в нем ярость. Он уже взялся за ручку двери, когда Виолетта окликнула его:
– Коля!
Он медленно обернулся:
– Да?
– Не злись, пожалуйста, – теперь она говорила негромко и почти мягко.
– Я знаю тебя сто лет и очень ценю твой вклад в работу «Старджета», без твоих талантов и связей мы пропали бы. Но ты не перепроверил работу редактора, и в результате меня сегодня отымели, как привокзальную шлюху."
"– Проверять за редакторами не входит в обязанности линейного продюсера.
– Это правда. Но работу поручил ей ты. Идею проекта принес ты. Автора назвал ты. И я вправе ожидать, что ты будешь нести ответственность. Раз ты заварил эту кашу, то разберись, пожалуйста, сам, хорошо?
– С кем разобраться? – сердито спросил Латыпов.
– С Лесей? Или с автором?
– Со всеми. Не подставляй меня перед людьми с канала.
⁂На двух этажах пристройки, которую занимала продюсерская компания «Старджет», располагалось пятнадцать кабинетов: отдельные – у генерального продюсера Виолетты Францевич, у генерального директора, у главного бухгалтера и у Латыпова, все прочие сотрудники делили помещения по двое-трое. Отдельный кабинет был одним из условий прихода Николая Латыпова в компанию, когда давняя знакомая Виолетта пригласила его на работу: человек, чья функциональная ценность обусловлена по большей части не столько его личными качествами и талантами, сколько обширнейшими связями и возможностями входить в офисы множества чиновников, имеющих отношение к руководству культурой, не должен вести телефонные переговоры при посторонних ушах и оставлять включенный компьютер и разнообразные бумажные носители в месте общего доступа.
