Безупречная жена

 – На самом деле все не так просто. Как же я напишу вашему нареченному, чтобы он приехал повидаться с вами?

Катриона упрямо наклонила голову.

– И что тут такого…

– Вообще-то правда, – округлил глаза Джеффри. – Чертовски неловко получится.

– Именно, – торопливо поддакнул Амброз. – Так не годится – бедняга не поймет, что происходит.

Антонии удалось удержаться от улыбки.

– И правда, Катриона, лучше, если письмо будет написано вами.

Та вздохнула:

– Но как же я смогу – в этом все дело!

Никто ей не ответил.

– Музей! – Джеффри остановился точно вкопанный. Все повернулись к нему, и он улыбнулся, победно сверкнув глазами. – Я где-то читал, что в Музее есть столы для занятий студентов – приносишь с собой бумагу и ручку, а тебе за умеренную плату предоставляют стол и чернильницу.

Катриона так и просияла:

– Можно пойти туда прямо завтра… – Но тут же ее улыбка увяла. – Ничего не получится.

Джеффри посмотрел на Антонию:

– А что, если?..

Антония поняла, что он имеет в виду, и вздохнула про себя. Оглядывая окрестности, она медленно проговорила:

– Только не завтра – это покажется слишком внезапным. Но можно будет договориться сходить в Музей послезавтра. Я слышала, что коллекцию мраморных статуй лорда Элджина никак нельзя пропустить.

Она перевела взгляд на Катриону и увидела, что ее слова произвели резкую перемену на ее лице.

– Ох, мисс Мэннеринг… то есть Антония! – Катриона схватила ее за руку и крепко пожала. Я на всю жизнь буду вам самым лучшим другом. Это просто великолепная мысль.

Джеффри хмыкнул."

"– Если только мы преподнесем все должным образом, – задумчиво протянул Амброз, – тогда они, наверное, разрешат. – Он повернулся к Катрионе: – Если сделаем так, будто я пригласил вас, а потом мы попросим мисс Мэннеринг и Джеффри составить нам компанию, это ослабит их подозрительность.

– Точно! Лучше и не придумать. – Окрыленная новой целью, Катриона одарила Джеффри и Антонию ослепительной улыбкой. – Я же сказала, что это судьба послала мне вас. Ведь случайностей на самом деле не бывает.

Спустя два дня Филипп прогуливался по Еросвенор-сквер и наслаждался полуденным солнцем. Он отметил, что на деревьях еще много листвы – золотисто-коричневой.