Безупречная жена

Нахмурившись, Филипп распечатал его, прочитал несколько скупых строк и чертыхнулся:

– Эта вдовушка все-таки решилась!

– Хорошие новости или не очень, сэр? – Карринг стоял рядом, и его скорбный тон исключал всякий намек на фамильярность.

Филипп задумался, неприязненно глядя на доставленное дворецким послание.

– И то и другое, – ответил он наконец. – Похоже, нам в конце концов удастся завершить сделку по продаже дальней фермы. К сожалению, миссис Мортиндэйл непременно желает лично обговорить со мной некоторые детали.

 – Он с досадой вздохнул. – Придется вернуться. – Он посмотрел на часы. – Но только не сегодня. Скажите Хамвелу, чтобы завтра на заре запряг серых, и разбудите меня.

По брайтонской дороге можно добраться до поместья к полудню. Если все сложится удачно, он отделается от нерешительной вдовушки как раз вовремя, чтобы успеть вернуться к вечеру.

– Хорошо, милорд. – Массивный Карринг, одетый в черное с головы до ног, неторопливо направился к двери. Взявшись за дверную ручку, он обернулся.

 – Но, как я понимаю, милорд, миледи и ее гости все же приедут завтра?

– Да, приедут, – отрывисто бросил Филипп. – Позаботьтесь, чтобы для них все было готово.

Уже поворачиваясь к двери, Карринг слегка приподнял брови:

– Естественно, милорд.

Но вопреки планам Филиппа прошло два дня, прежде чем он вернулся на Гросвенор-сквер. Карринг помог ему снять тяжелое дорожное пальто.

– Надо полагать, сделка завершена успешно, сэр?

– В конечном счете да. – Избавившись от пальто, Рутвен повернулся к висевшему в передней зеркалу, чтобы поправить галстук.

 – Миледи и Мэннеринги все-таки приехали вчера?

– Да, милорд. Насколько мне известно, их путешествие обошлось без приключений.

– И никаких разбойников! Даже хозяин постоялого двора нас не обсчитал!

Филипп обернулся и увидел Антонию – в бирюзовом муслиновом платье она спускалась по лестнице. Солнечный луч, проникший сквозь веерообразное окно над входной дверью, заиграл золотыми блестками в ее волосах.

– И очень хорошо, – произнес он, делая шаг ей навстречу.

Взяв ее за руку, он коснулся губами ее пальчиков. – Я надеюсь, мой кучер и конюхи хорошо о вас заботились?

Антония приподняла брови.

– Они просто окружили нас своим вниманием. Ну а как вы? Вдова все-таки уступила?

– Образумилась наконец. – Филипп положил ее руку себе на локоть и повел девушку по коридору. – Но ей потребовалось, чтобы я лично заверил ее – причем дал слово джентльмена, – что оставлю на ферме прежних работников.