— И так столько бед навалилась, — пробормотал он, выходя в коридор."
"Аллигатор чувствовал, как закипает от жажды мести. Но, подобно настоящему хищнику, затаился на время, выжидая, когда враг обнаглеет и проявит себя. Нет, он не сидел сложа лапки, а утром дня после похорон Дины вызвал к себе адвокатов и велел пристально следить за всеми публикациями и репортажами, касающимися Дины Тарасовой. И если известно авторство каждого выплеска помоев, сразу квалифицировать по статьям Уголовного кодекса и подавать заявления в полицию или в суд.
Аллигатор связался со старыми знакомыми, имевшими собственное детективное агентство, и поручил им собрать всю информацию о Тургузове и его бизнесе, а также об Олеге Курбатове. И если в первом случае долго искать не пришлось, то во втором оказалось, что маньяк Олежка уже давно нигде не появлялся и даже пропустил последний выпускной бал.
— То ли дома сидит как сыч, то ли уехал куда, — пожал плечами присланный детектив. — Но я найду этого придурка!
«Обещать каждый горазд, — мысленно поморщился Легатов, — а вот найти Курбатова пока не удалось.
В доме живет один сторож. Выходит только за продуктами. Никто вот уже год не приходит и не приезжает. Никакого движения. Запыленные окна всегда зашторены. Дом необитаем. А если установить ночное наблюдение, — потер нос Легатов, — может, попадется птица в клетку? Или рассыпать перед домом мелкую гальку, если утром будет свезена, значит машина из гаража выезжала и Олежка прячется в доме. Да и с Тузиком этим решать пора, — кивнул сам себе Аллигатор.
— Егор, конечно, с поставщиками этого урода связался. Благо Настя всех запомнила. Многие подали иски в арбитраж, а некоторые затаились, ждут, чем дело кончится, — Легатов снова поморщился, вспомнив, как сразу после отъезда Егора и Насти этот дурак побежал в ОБЭП и к какому-то депутату. Но Егорушка противозаконных действий в офисе Тургузова не предпринимал, так что иск остался без рассмотрения. А депутат звонил вчера. Долго извинялся за своего чудаковатого знакомца и просил мира.
— Но из-за Насти пришлось отказать!»
Легатов, уставившись в окно, задумался о девчонке:
«Мягкотелая, без стержня. Характером в отца пошла да в ветреную мамашу. Да и невозможно вторую такую, как Дина, сыскать. Она на целом свете одна!»
Он снова потер лицо и глаза и, воззрившись в одну точку, попытался представить, как бы сложилась его жизнь, будь они с Диной хотя бы троюродными.
«Да никак, — хмыкнул про себя.
