Безымяныш. Земля (СИ)

Если нос не станешь кривить, далеко пойдёшь. Он своих фаворитов всегда продвигает.

Про кривить нос я не понял, но второй человек всего Великого Дома… Я и не знал, что Мехмед настолько важная птица. Небось, за службу и платит неплохо. Мне деньги понадобятся, когда придёт пора дёргать из Арха. Значит, завтра уже. Буду вечером прощаться с товарищами. Нет, не буду — вдруг, сорвётся. Нельзя раньше времени.

Распрощавшись с Абосом, направился в казарму. Перед ужином мне надо переодеться и вымыться. Матвей отчего-то решил меня проводить.

— Слушать про твоё испытание и поминать Усача будем вечером, — остановил меня на половине пути командир, — сейчас про другое хочу сказать, пока мы одни. Насчёт предложения господина Мехмеда. Ты ведь можешь и отказаться. Понимаю, что в кулаке шансов выжить немного. Пять оборотов у нас протянуть едва ли один из десяти умудряется. Но ты же парень способный, при боевом даре. Я бы и дальше тебе помогал по возможности. Уверен, что оно тебе надо? Не по-нашенски это, не по-предземски.

Я бы даже сказал: не по-людски. У них здесь на такие дела взгляд другой — вполне нормальным считают. Но так ты же не археец. Уверен, что сможешь сам с собою жить в мире? Стоят ли того безопасность и сытость? Он возвысит тебя — тут сомнений нет — но таким путём пробиваться…

Матвей замолчал. По тому, как слова подбирал и глаза отводил, сразу ясно, что тема для него неприятная. Понимаю, бросаю товарищей. Со мной шансов у них выжить больше. И так Лима уже не сберёг, Сёпа, считай, тоже сгинул.

Косой, Шило, Охотник, Кузя-Чудик, Домовиха… Жалко предзов, с кем на Порог в своё время приплыл. Да и к Глисту, к Змею и к прочим архейцам успел привязаться. Через столько вместе прошли.

Но, чтобы не говорил командир, выбора у меня нет. Если бы просто по Пути шёл — одно дело, но ведь я сестру ищу в первую очередь. Не по силам мне помогать всем, с кем сводит судьба. Совесть колет, конечно, но вытерплю. Меня Тишка ждёт. Нельзя время терять.

— Знаю, быстрый путь наверх не всегда самый лёгкий, — вздохнул с грустью я.

— Ты прости, командир. Самому тошно, но деваться мне некуда. Не могу я тут пять оборотов сидеть.

Матвей снова отвёл глаза.

— Ну, что же. Это твой выбор, — тихо пробормотал он. — Боюсь, будешь жалеть. Я должен был попытаться.

Утром мы распрощались. Отряд отбыл в поход, я же по приказу капитана остался в казарме ждать вызова. Всё прошло очень быстро и скомкано. Сообщили уже на стене. Едва руки успел всем пожать, прежде чем Матвей их увёл.