Безымяныш. Земля (СИ)

Надо вместе держаться. Друг за другом приглядывать. Сегодня Китара пытались убрать, завтра мне прилетит. Или Лиму.

Сепан замолчал. К нам шёл Глист. Высокий худой безымянный в отряде считался кем-то вроде правой руки командира. По крайней мере, все местные признавали его старшинство.

— Ты как, Смертик? Оправился? — поинтересовался охотник.

— Ну и славно. Завтра будешь в порядке. Я, чего хотел сказать? — шагнул Глист поближе. — Бровь, он не из моих, если что. И вообще не из нашего кулака. Ты про всех теперь плохо не думай из-за одного шакала.

Мы к тебе… ко всем вам, — кивнул он на сидящих рядом со мной друзей, — с большим уважением. Нам ведь это… повезло очень, что в отряд свели с предзами. С вами проще до конца службы дожить. И богатую добычу взять проще. Уж поверьте, нам в отряде никакой выгоды нет избавляться от предзов. Тем более от одарённых. А Бровь… Свой отмер готов ставить на то, что этого шакала кто-то купил. Матвей постарается выяснить кто. Сам, что думаешь? Не успел нажить в Архе недругов?

— Да откуда бы? — удивился я.

— Нас же сразу с торгов сюда.

Хотя… Я задумался, вспоминая в подробностях произошедшее на дороге.

— В пути, правда, случилась одна неприятность, — протянул я, покосившись на Сёпу. — Но там я не при делах вроде.

— Да нет, — мгновенно скривился Сепан. — Тот петух бы мне мстил. Ты тут причём?

Я пожал плечами. Может спутали. Сказали: худой предз с боевым даром, и Бровь решил, что про меня речь. Но это совсем уже пальцем в воду. Такую глупую версию даже озвучивать стыдно.

— Ну ладно. Дождёмся Матвея. Послушаем, что скажет, — вздохнул безымянный.

Пожелав нам доброй ночи, Глист отправился к своей кровати.

— А, кто четвёртый? — вспомнил я начало нашего разговора. — Ты сказал, что четверых нет.

И зачем кому-то подкупать безымянного, чтобы тот прикончил меня? Только первый день службы, и уже сразу четверо трупов. Говорите, пять лет продержаться нам надо? Тут бы месяц прожить — и то будет неплохо. Если стадо мохнатых коров столько наших забрало, то, что будет, когда встретимся с местными хищниками?

— А, четвёртый, — вспомнил Сёпа.

— Четвёртый наш Кузька. Ну, то есть, Чудик. Трактирщик который.

Ну вот… Первый наш. Мне тотчас стало грустно. Попрыгун… Безымянного толком не знал. С Кузьмой же ни раз доводилось болтать. Он мне нравился.

— Жалко, — горестно вздохнул я. — Говорил ему Глист, что с такими долями в добытчиках нечего делать. Одного дня хватило бедняге.

Но Сёпа лишь хмыкнул.

— Бедняга? Да Чудик — везучая рожа.