Реакция, в которой я нуждался.
— Расслабься. Я только сказал, что она хороша.
— Не говори, что она хорошая, даже не смотри, как она хороша, не говори с ней или о ней. По рукам? По рукам.
— Я бы, наверное, так и сделал, если бы не понял, что ты грёбаный лжец.
— Я? О чём я тебе солгал?
— Эй, как мне удалить девственную кровь из моего члена? Может, мне просто постирать его? — Я пересказываю его сообщение из тех времён и слова, которые, блядь, сломали меня. — Я уже смыл кровь со своего члена. Я бы этого не сделал, если бы знал, что у тебя есть склонность к девственной крови.
Он приподнимает бровь.
— Ты пытаешься доказать, что у тебя хорошая память? Я должен похлопать или что-то в этом роде?
— Я повторяю твою ложь, Кинг. Ты действительно думал, что я не узнаю?
— Это заняло у тебя три года. — Он ухмыляется. — Три года ты думал, что я был её первым. Три года умирал внутри, воображая, что я трахаю её всякий раз, когда мы были одни. Три года постоянных сомнений. Давай не будем упоминать о том, как ты ударил меня той ночью, или о твоих мелких действиях всякий раз, когда ты мог выкопать мне яму.
Знаешь, как я это называю? Победа.
Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не поднять кулак и не ударить его снова, и на этот раз я испорчу эти черты, чтобы никто не посмотрел в его сторону. Я бы сделал из него уродливого монстра. Однако я знаю, что это вызовет у него только ту реакцию, которую он хочет, поэтому я делаю глоток воды, чтобы успокоить горло.
— Веселье закончилось. Покончи с этим. — Говорю я со спокойствием, которого не чувствую.
В этом-то и дело, когда замышляешь хаос. Вы чувствуете это, но не показываете этого — это самый смертоносный тип, который когда-либо существовал.
— С чего бы? — Эйден перекидывает полотенце через плечо.
— Потому что теперь она моя.
Моё горло сжимается от этого слова. Моя. Как долго я ждал, чтобы сказать это вслух?
Годы. Грёбаные годы.
И теперь я даже не могу сказать это всему миру — только ублюдку Эйдену, но это только начало.
— Я удивлён, что она осталась девственницей ради тебя, когда ты был придурком и всё такое.
И ты мог бы подумать, что быть со мной в течение трёх лет повысило бы её стандарты.
— Скорее, опустило их.
— Я не знаю, в какую извращённую игру ты играешь, Нэш, но она согласна?
— Это не твоё дело. Твоя единственная роль — покончить с этим."
"— Нет, не могу. Видите ли, мы с Куинс — это одно целое. Ну и что с того, что ты её трахаешь? Я тот, чьё кольцо она будет носить и за кого выйдет замуж.
