Пять минут спустя подошел Дигби Лоуренс – мужчина с зачесанными назад седыми волосами и закатанными по локоть рукавами. Его пальцы были перепачканы типографской краской, на лице застыло сердитое выражение. Правда, Айрис в свои редкие посещения типографии никогда не видела, чтобы он не хмурился.
– Вы же знаете, Хаммонд, я никогда не принимаю правки в последнюю минуту, – сказал он.
Хелена проигнорировала его замечание.
– Вы уже напечатали «Трибуну»?
Наверное, он услышал в ее голосе настойчивость и страх.
– Нет, – сказал Лоуренс мягче. – По графику строки будут готовы через час. А что?
– Мне нужно внести изменения в первую полосу. Прости, Лоуренс, но у меня нет выбора.
Она протянула ему бумагу.
Айрис хрустнула костяшками пальцев, пока Лоуренс читал. Она поняла, когда он добрался до угроз, потому что печатник нахмурился еще сильнее.
– Хорошо, – сказал он. – Я остановлю процесс. А потом, если вы поможете мне с линотипом, мы внесем изменения.
– Погодите, – выдохнула Айрис.
– А «Вестник» готов к печати?
– Еще нет. Я всегда печатаю его после «Трибуны».
– Тогда не могли бы вы задержать и его тоже?
– Айрис, – предостерегающе произнесла Хелена. – Я не могу вмешиваться в производство другой газеты.
– Знаю. Но у меня есть идея. И для ее воплощения мне понадобится «Вестник».
Хелена колебалась, Лоуренс тоже. Зато Тобиас вышел вперед и стал рядом с Айрис.
– Какая разница? – сказал он, поднимая руку. – Завтра у нас будут совершенно другие поводы для беспокойства.
– Ты прав. – Хелена достала из кармана сигарету и принялась вертеть ее в пальцах. – Лоуренс?"
"Он молчал – слишком долго, на взгляд Айрис, но потом кивнул.
– Хорошо. Я задержу обе. Это значит, что мы закончим печатать газеты перед самым рассветом. – Лоуренс, прищурившись, посмотрел на Айрис. – Мисс Уинноу, что бы вы там ни задумали насчет «Вестника», оно должно того стоить.
Айрис скрестила руки на груди. Давно ее статьи не публиковались в «Вестнике».
Она редко по нему скучала, но время от времени позволяла себе предаться ностальгии по тем дням, когда у нее горели глаза и она мечтала стать колумнистом самой престижной газеты Оута.
Казалось вполне уместным, что она возьмет на себя инициативу и в последний раз напишет для «Вестника».
– Конечно, мистер Лоуренс, – сказала она. – Я хочу в этой газете рассказать людям, где они могут укрыться во время бомбежки.
