– Ты внутри?
У него заходили желваки.
– Серьезно?
Оу, черт. Я не это имела в виду. Этого точно нельзя не заметить.
– В смысле, полностью.
– Нет. Только наполовину. Я пытаюсь двигаться медленнее, чтобы тебе было не так больно.
Так не пойдет. Я всегда была из тех девчонок, кто резко срывает пластырь.
– Может, ты просто… Ты понял.
– Толкнусь?
Я так сильно закивала – удивительно, что моя голова еще была на месте.
– Боже, да. Пожалуйста.
Я приготовилась к боли, но он снова остановился. Я собиралась накричать на него, однако восхищение в его глазах было настолько всепоглощающим, что мое сердце бешено заколотилось.
– Я люблю тебя, Сойер.
Подвинувшись, я поцеловала его в губы.
– Я тоже люблю тебя, Колтон… Ох.
Его член проскользнул в меня одним резким движением.
– Черт, – тихо выпалил Коул.
Острая боль, переходящая в пульсирующую, пронзила меня насквозь. Я заставила себя дышать, превозмогая ее, пока мышцы растягивались, подстраиваясь под него.
Коул прижался своим лбом к моему, лихорадочно дыша.
– Боже, ощущения потрясающие.
Я пробежалась пальцами по его спине.
– У меня тоже.
Мне по-прежнему было немного неприятно, но, несмотря на это, я не сомневалась, что хотела это сделать. Не было никого в этом мире, с кем я бы хотела разделить этот момент.
Только Колтон. Всегда только Колтон.
Он нахмурился.
– Дай знать, когда я могу…
– Сейчас, – выдохнула я. – Пожалуйста.
Наши взгляды встретились, когда он начал двигаться.
– Сойер, – простонал он хриплым, прерывистым голосом.
Я рисовала ногтями крошечные круги на его спине.
– Ты можешь двигаться быстрее.
Я желала, чтобы он получил от этого удовольствие. Плюс, я знала, что он сделает для меня все во время следующего раунда, когда я буду более расслаблена и буду испытывать меньше боли.
Отведя мое колено, он отодвинулся и снова толкнулся.
– Иисусе."
"– Я люблю тебя, – прошептала я снова, хватаясь за его задницу, чтобы он вошел глубже.
Секс с ним не заставлял меня чувствовать себя так, словно я нарушала клятву, данную Богу.
Я ощущала себя так, будто отдавала нечто особенное человеку, который был мне предначертан.
Его глаза потемнели от долгожданного освобождения, и Коул посмотрел на меня из-под опущенных ресниц.
– Я люблю тебя.
Мои прикрытые веки задрожали, когда он продолжил двигаться в своем медленном, ровном ритме, несмотря на то, что это, наверное, давалось ему убийственно тяжело.
Я двигала бедрами навстречу его нежным толчкам.
– Быстрее. Пожалуйста.
– Я хочу, чтобы ты кончила.
