Бьянка, благочестивая невеста

Купец лишь молча угрюмо кивнул.

Синьора пережила мужа, но воспользоваться правом на наследство отказалась. Адвокат задумчиво покачал головой: встретившись с Бьянкой Пьетро д’Анджело лицом к лицу, трудно было усомниться в том, что красавица не имеет отношения к смерти мужа. Впрочем, она оказалась бы далеко не первой женщиной, заплатившей за убийство неугодного или отчаянно надоевшего супруга. Вопрос заключался в том, откуда взялись деньги на оплату преступления. Два года она скрывалась от Ровере и искренне удивилась, услышав о наследстве.

Удивилась и сразу решительно отказалась. Предположить с ее стороны злой умысел было невозможно. Нет, сбежавшей жене всего-навсего повезло: муж обладал редкой способностью наживать врагов и при этом самоуверенно считал, что стоит выше правосудия.

Гуардини приступил к работе: предстояло составить подробный документ о разделе имущества покойного, чтобы представить его на подпись вдове и двум сыновьям, каждый из которых внезапно оказался в два раза богаче, чем предполагал. Процесс осложнялся отсутствием привычки: как правило, всю бумажную волокиту адвокат поручал секретарю.

И все же через несколько часов удалось написать четыре копии соглашения: одну для вдовы, две для сыновей и одну для суда. Договор утверждал, что Бьянка Пьетро д’Анджело отклонила наследство покойного мужа с двумя исключениями.

Первое: ее приданое с процентами, начисленными банком Медичи, должно вернуться лично к ней, а не к ее отцу.

Второе: рабыня, известная под именем Нудара, должна быть продана с аукциона, а вырученные деньги переданы в монастырь Санта-Мария дель Фьоре в качестве благотворительного взноса.

— Документ достаточно простой, но вполне исчерпывающий, — заверил Гуардини. — В качестве вдовы Себастиано Ровере вы, синьора, вольны действовать по собственному усмотрению. Подпишите, пожалуйста, вот здесь.

Бьянка поставила подпись на каждом из четырех экземпляров и передала их Стефано, а он в свою очередь подвинул листки младшему брату. Когда все три стороны расписались, Гуардини скрепил документы собственным уверенным росчерком и поставил печать, после чего раздал три копии участникам договора, а четвертую оставил себе.

Хозяйка пригласила гостей к обеду, а потом Филомена проводила их в спальни. Наутро, после немудреного завтрака из хлеба, сыра и вина, все трое отправились в обратный путь.

— Вернетесь во Флоренцию? — поинтересовался Стефано, пока слуги седлали коней.

— Нет, теперь мой дом здесь, в Люче Стелларе, — просто ответила Бьянка.