Бьянка, благочестивая невеста

 — Поверить не могу, что тебе удалось так быстро меня восстановить.

— Готов? — с улыбкой осведомилась Бьянка.

— Еще как, — гордо ответил Ровере.

Она быстро встала на четвереньки и подставила круглую аппетитную попку.

Он не заставил себя ждать и яростно вонзился в зовущее лоно.

— Да, да, милая! — прошептал на ухо. — Обожаю эту восхитительную тесноту. Приказал служанке каждое утро мыть тебя квасцами — чтобы ты всегда оставалась такой же тугой и упругой. Только для меня, Бьянка, только для меня! Никогда никто другой не отведает твоей несравненной сладости!

— Ты, и только ты, дорогой Себастиано! — воскликнула в ответ Бьянка.

 — О! Как прекрасно! Не останавливайся! Продолжай!

В эту ночь Ровере действительно не мог остановиться. Пять раз он овладевал женой и все-таки не мог насытиться. Он позволил ей спать в своей постели и еще два дня не выпускал из спальни, доведя до полного изнеможения. В конце концов Бьянка потеряла сознание, и только тогда мучитель признал, что полностью удовлетворен. Чего он никак не ожидал от молодой супруги, так это полного, безоговорочного, а главное, добровольного подчинения.

По правде говоря, постоянное сопротивление уже начало утомлять. Спасло упрямицу только то обстоятельство, что ей с первой же встречи удалось очаровать всех его деловых партнеров, а в особенности Лоренцо Медичи: ведь Ровере уже подумывал, не пора ли разделаться с третьей женой — точно так же, как с двумя первыми. Да, женитьбой на Бьянке Пьетро д’Анджело Ровере вызвал зависть всего мужского населения Флоренции, однако до последнего времени малышка не проявляла иных достоинств, кроме необыкновенной красоты. И вот полная капитуляция перед его чувственностью и страстью сразу все изменила. Себастиано решил оставить ее в живых — до тех пор, пока не надоест.

Он приказал отнести бесчувственную жену в ее покои на противоположном конце длинного коридора, и вскоре услышал сокрушенные вопли служанки — той самой, что явилась вместе с ней из отцовского дома.

Несколько дней никаких известий о состоянии Бьянки не поступало, и вот, наконец, Гвидо сообщил, что горничная госпожи передала, что синьора желает поговорить с супругом.

Ровере явился в спальню с букетом роз.

— Дорогая. — Он наклонился, поцеловал жену в губы и протянул цветы.

Розы тут же забрала Агата.

— Себастиано, — неуверенным, дрожащим голосом начала Бьянка. — Твоя сила истощила меня, но не настолько, чтобы забыть об обещанном вознаграждении. — Она едва заметно улыбнулась и положила ладонь на руку мужа.