– Да за кого вы меня принимаете?
– Это хорошо! Очень хорошо! – одобрила Трехдюймовочка. – Ты меня успокоил, дружок. Значит, мне можно не превращать тебя в яблочный огрызок. И в мозоль на пятке у почтальона тоже можно не превращать.
Хаврон натянуто улыбнулся, глядя в голубые глаза феи.
– В детстве у нас с сестрой было странное отношение к любимым игрушкам друг друга. Она обращала мои игрушки в пепел. А все почему? Потому что однажды я попала из крошечного такого боевого арбалета в ее розового зайца, который только и умел, что устраивать радугу! Это было совершенно нечаянно и всего семь стрел подряд!.
. Ну не кошмар ли?
Эдя подобострастно закивал.
– А что было, когда мы выросли! Просто ужас какой-то! Сколько она прикончила моих пажей, ты даже представить не можешь! Двоих, помнится, превратила в червей, одного – в кухонную мочалку, еще одного, самого симпатичного, в ерш для чистки сантехники! – продолжала бушевать Трехдюймовочка.
– И всех необратимо?
– Само собой. Абсолютно необратимо. Да и потом, если б я и могла снять колдовство, зачем бы я это стала делать? Зачем мне паж, который хотя бы пять минут был ершиком для унитаза? – заверила его фея.
– А ты? Что делала ты? – спросил Хаврон.
– Я само терпение! – с ангельским выражением отвечала Трехдюймовочка. – Но, согласись, это в конце концов несправедливо, когда у одной сестры есть пажи, а у другой нет. Однажды я устроила субботник и продергала всех ее пажей, как морковку. Превратила всех в белых мышей и – фьють! – на опыты. В общем, теперь у нее тоже никого нет… Потом, правда, мы заключили соглашение, что не будем трогать пажей друг друга, но, сам понимаешь, тут дело скользкое… Если с потолка упадет люстра или веер сработает сам собой, случайно – то это будет чистейшей воды фарш-мажор.
Да-да, именно «фарш-мажор», как называет его моя сестренка.
– Жуть! – сказал Эдя, решив пойти ва-банк. – Просто жуть! Но меня не придется приканчивать ни тебе, ни твоей сестре!
– Почему это не придется? Что-то ты темнишь! – ревниво произнесла фея.
– За вас это сделают другие! Меня прикончат некий Феликс и его слоноподобные друзья. Они вообразили, что я должен им деньги. И если я их не отдам, то секир-башка…
– Это он сейчас звонил по этому трескучему аппарату? – уточнила Трехдюймовочка.
– Да.
– Нет, ну каков негодяй! Прервать мой лучший сон, который снится мне каждое утро вот уже четыреста два года подряд!.. Не волнуйся, мой суслик!.. Он тебя не убьет! Феи терпеть не могут, когда кто-то убивает их пажей.
