Из стены вышло взлохмаченное существо с рыжими чиновничьими бакенбардами. Глазки мигали и слезились. Желтоватый лимонный нос шмыгал. Вид у пришельца был неуверенный и виноватый. Он, похоже, внутренне приготовился к взбучке.
– Здравствуйте, хозяйка! Как вы сегодня мерзко выглядите! Ваше синее лицо так и лучится болезнью! Желаю вам сдохнуть, не дожив до сегодняшнего вечера! – произнесло существо.
– Привет, Антигончик! И тебе долгих лет жизни! – приветствовала его Ирка.
Она ничуть не удивилась, успев привыкнуть к манере общения своего магического компаньона.
Антигон довольно заулыбался, продемонстрировав острые и длинные глазные зубы.
– Надеюсь, хозяйка не уставала проклинать меня все эти дни?
– Только этим и занималась. Ругала тебя последними словами сутки напролет, – заверила его Ирка.
В выпуклых глазах потомка русалки и домового появилась сладкая грусть. Приятное воспоминание нежно щекотало ему душу.
– Ах, хозяйка, Антигон нашел целую коробку с заплесневелым и кислым вареньем! Это было такое невероятно чудесное омерзение! Антигон забыл обо всем на свете!
– Люди называют это «запой»! – строго сказала Ирка.
– Лопухоиды ничего не понимают. Они ищут не те слова, и называют ими не те чувства. Я зову это сладким омерзением! – убежденно сказал домовой кикимор. – Неужели хозяйка прощает Антигона? Никак не накажет его? Просто для порядка?
– Зачем? – спросила Ирка.
– Я ужасно наглый. Если меня сейчас не проучить, в другой раз мое сладкое омерзение может затянуться недели на две! – заверил ее Антигон.
Его лицо разрумянилось от желания немедленно понести заслуженную кару.
– Имейте в виду, гадина-хозяйка! Если вы меня не накажете, я повешусь. Ну минут так на пятнадцать-двадцать. Веревка и мыло есть? – спросил он деловито.
Ирка заверила его, что она человек слабонервный, и в висельниках у себя в квартире совершенно не нуждается. Даже если через полчаса они вновь, проморгавшись, будут бодро лопать испорченное варенье.
– Может, тогда хозяйка согласится расстрелять меня? Автомат, дробовик, слонобойка? Все новенькое, все в масле, патронов – вагоны.
Палите хоть два дня. А? – с надеждой спросил кикимор.
Ирка поморщилась, заставив раскаивающегося Антигона схватиться за голову.
– Нет? Что, хозяйка и этого не желает?.. Тогда, хотите, я в окно выброшусь? Быстренько, а? Моя прежняя хозяйка иногда швыряла меня за ноги с горы, когда я очень ей надоедал! – предложил Антигон.
Ирка подумала, что она прекрасно понимает прежнюю валькирию.
