– Скрипка как будто плачет, – серьезно объявляет Алиса, хотя ее глаза смеются. – Она, наверное, грустная.
– Ну, тогда давай подумаем… Может, тебе больше понравится флейта? Она играет что-нибудь веселое, – подхватывает Влад, заговорщически подмигивая. – Или барабаны – громкие-прегромкие. Соседи точно обзавидуются! И кот к вам в дверь больше проситься не будет. Разве что участковый заинтересуется, кто тут буянит.
Алиса уже звонко смеется:
– Барабаны хочу! – шутливо выкрикивает она и хлопает в ладоши.
– Но можно и скрипку попробовать. Я видела – она красивая.
Влад с одобрением кивает.
– Давай так: я узнаю про занятия, найду тебе хорошего преподавателя. Для начала попробуем скрипку, а если она не понравится, выберем другой инструмент. Который будет по душе.
Я пытаюсь возразить, но Влад перехватывает мой взгляд.
– Я буду возить Алису на уроки. График подстрою… Что скажешь?
Дочь смотрит на меня, на Влада, и начинает кивать, как болванчик.
– Да-да! Хочу!
– Ты сам будешь её возить? – переспрашиваю я, не веря услышанному.
– Ну не сам лично, ты мне водителя нашла, – напоминает он.
– Мам, давай! – просит Алиса. – Пожалуйста!
Боже, когда Толя об этом узнает, он сойдет с ума от злости. А с другой стороны… Он ведь мог сам это предложить Алисе.
– Если ты хочешь, то давай попробуем, – соглашаюсь я, немного подумав.
Толе никто не запрещает, в конце концов, делать то же, что и Таранов. Приходи, разговаривай, бери ребенка и вози на занятия.
– Спасибо, спасибо! – Алиса хлопает в ладоши и на энтузиазме съедает все, что я положила ей в тарелку. А в обычные дни больше половины оставляет.
После ужина Алиса убегает со своим игрушечным локомотивом в детскую, а я задерживаю взгляд на Владе. Не сразу нахожу слова, которые хочу ему сказать, и когда наконец открываю рот, он опережает:
– Ты ведь не против? Мне вдруг пришло в голову с занятиями. Ей должно понравиться. Наверное, надо было с тобой вначале обсудить…
Я быстро качаю головой.
– Ты что… Влад, это замечательно. И очень неожиданно. Ей только на пользу будет.
В голове вертится мысль, от которой одновременно щемит сердце и хочется улыбнуться. Толя никогда ничего подобного не предлагал; его всегда приходилось уговаривать, самой подталкивать и направлять. Да даже просто отвести или забрать Алису из сада он ссылался на занятость, работу. По пальцам могу пересчитать дни, когда он это делал.
