– Знаешь, Тань, что раздражает больше всего? Что он давит на слабые места. Пытается насолить через дочь. Если бы Толя любил тебя и Алису… ну вот прям по-настоящему, он бы никогда так не поступил, – подливает масла в огонь Лена.
У меня нет настроения это обсуждать. Наоборот, хочется абстрагироваться. Наливаю себе чай и переключаюсь на мысли о Владе.
– Ты работай, я посижу немного, пока Алиса мультиками увлеклась. Поищу нам жилье.
– Ну какое жилье? Живите, сколько надо.
– Ты уверена? Того и гляди Толя завтра заявится сюда с громкими криками и будет стучать в дверь.
– А я полицию вызову.
– А он – органы опеки.
– Ну вот и повоюем.
– Может, и повоюем… хотя я близка к истощению. Еще и чувство вины… Вроде осознаю, что это огромный груз, а лишний стресс выльется в какую-нибудь болячку, если не остановлюсь. Но как перестать думать о том, что случилось с моим браком?
Лена обнимает меня за плечи.
– Все будет хорошо. Сейчас трудный период, однако ты выйдешь из этой истории более сильной, вот увидишь.
– Да… – усмехаюсь с грустью.
Выбор как бы и невелик.
Мы с Леной занимаемся своими делами. Я сначала смотрю объявления о сдаче квартир, сохраняю несколько вариантов. Отвлекшись, вспоминаю про собеседование, обморок Влада. Гуглю, что за недуг – эпилепсия, анализирую. Затем набрасываю черновик речи, помечаю важное, чтобы расставить в ней акценты. Если Влад не пошутил. На его месте я бы не поручила новичку такое ответственное задание.
Когда будильник оживает, закрываю все приложения и иду к дочери.
– Пора спать. – Глажу ее по волосам. – Пойдем умоемся и ляжем?
Я тоже с удовольствием поспала бы. Говорят, утро вечера мудренее. А день был тяжелым.
Пока Алиса умывается, Лена застилает диван.
– Все нормально? – спрашиваю я дочь, вытирая ее лицо полотенцем.
Она кивает, но губы дрожат.
– Только домой хочется…
Мне тоже непривычно. Тоскливо и больно. Все могло быть совсем иначе.
– Мам, а теперь всегда так будет?
– Как?
– Папа будет на тебя кричать…
– Нет, малышка. Я разберусь.
Через десять минут Алиса уже спит, уткнувшись носом в плюшевого зайца. Поглаживая ее, я долго лежу с открытыми глазами. Потом проваливаюсь в неглубокий сон, и снится мне Толя… Даже во сне мы устраиваем разборки и делим дочь.
20 глава
Влад"
"Возвращаюсь домой, ставлю автоответчик и буквально вырубаюсь. Когда открываю глаза, в комнате темно. Сквозь панорамные окна город раскинулся, как на ладони – бесконечная паутина огней, двигавшихся словно муравьи с фарами.
