Бить нужно смело

– Можно было бы, но… мне нечего надеть, – мягко завела она извечную песню каждой уважающей себе женщины.

Багдасаров не стал утруждать себя комментариями и швырнул в её сторону сумку.

– Папочка сегодня добрый и жутко заботливый. Ни в чём себе не отказывай, мышка, – слащаво прошептал он и устроился в кресле напротив, чтобы насладиться процессом.

Влада будто нехотя заглянула в сумку и скептически выгнула брови.

– Рваные джинсы? – предвзято хмыкнула она. – Целых не нашлось? На улице ноябрь, чтоб ты знал!

– А ты когда успела стать бабушкой? – умилился Багдасаров, и следующие претензии пришлось придержать.

Перебрав всё содержимое нехитрого багажа, Влада пришла к выводу, что на белье бывший решил сэкономить. Простые хлопковые трусики шли без комплекта и выглядели среди фирменных шмоток как-то сиротливо. Свою роль сыграло отсутствие выбора, и совсем скоро она щеголяла в жутко модном, но непрактичном наряде. К джинсам прилагался коротенький джемпер, натянутый на голую грудь, и облегчённая жилетка. Порадовали комфортом только кроссовки, но кислотный зелёный цвет кожи резал глаз.

– Давно это с тобой? – уточнила Влада, окидывая предвзятым взглядом дурацкий наряд.

Багдасаров самодовольно ухмыльнулся и вызывающе вздёрнул подбородок.

– Твоя благодарность, мышка, просто не знает границ.

– Как и твоя скромность, – язвительно заметила она и первой направилась к выходу. – Чупу придётся взять с собой, иначе своим воем он перепугает всю округу, – заметила Влада на ходу, и немец, который до этого нервно перебирал лапами, с готовностью рванул к двери.

Уже в машине было принято решение отправиться в новомодное местечко, о котором как-то упомянул Балашов. Клуб интерьером, ассортиментом и ценовой политикой рассчитанный на «золотую» молодёжь, показался чьей-то галлюцинацией. Буйство красок, обилие предметов, какой-то сюрреалистичный дизайн. Он стирал границы между теми, кто под кайфом и кто без.

Багдасаров, не особо интересуясь придурью местных художников, сразу направился к бару и с ходу влил в себя сотку вискаря.

Для дамы заказал водку. Три шота сразу. Влада не стала утомлять себя размышлениями, чем вызвана такая щедрость – выпила все и решительно шагнула в толпу беснующихся. Она не помнила танцев, не знала современных движений – тело вело само. Оно изгибалось под музыку, выдавливая из себя злость, досаду, усталость – всё, что лишним грузом болталось за плечами. Нездоровый азарт очень быстро привлёк внимание таких же дёрнутых на музыке и движе.