Бить нужно смело

И каждый раз она с замиранием сердца признавала: рулетка дарила ей очередной шанс. А вместе с ним порцию доверия.

Доверие затягивало, оно обезоруживало, делало слабым, беспомощным! Оно мешало сопротивляться ударам судьбы, не позволяло закалять характер. Оно затягивало, как воронка, как омут! Больше не было необходимости с опаской оглядываться за спину: там всегда был ОН. Сильный, смелый, решительный.

Между ними не осталось места ни мыслям, ни взглядам, в которых Влада как-то посмела упрекнуть. Юра вёл себя безупречно.

Даже редкие прикосновения лишились скользкого подтекста. Только друзья. Он поставил условие, и он его исполнял. Без нареканий. И без сожаления.

Багдасаров не навязывался, не вовлекал в сомнительные операции, не отпускал двусмысленные шуточки. А впрочем, кое-что между ними всё же проскальзывало. Но только если сама Влада в очередной раз решалась испытать мужчину на прочность. Игра была занимательной и приносила свою долю удовольствия. Но как только Влада закрывала вопрос, обрывала флирт, интерес в его глазах выключался, словно по щелчку пальцев.

Хотя стоит отметить: именно в эти моменты Юра особо и не скрывал, что по такому же щелчку этот интерес мог включиться обратно. Но его выдержка не давала сбоев. Влада слишком поздно поняла: если играешь по-крупному, размениваться на сахарок бессмысленно. Она поняла слишком поздно, а Юра всегда это знал.

Наверно, она ещё долго могла обманывать себя. Наверно, могла до бесконечности уверять, что Юра просто отличный парень и его интерес не имеет двойного дна.

И пусть сама в это не верила, но всякий раз повторяла мысленно, словно заставляя вызубрить, принять как истину. Потому что время шло, а игра в благодетеля так и не успела ему наскучить. Багдасаров вжился в эту роль, сроднился с нею, и Влада верила. Пожалуй, он и сам себе поверил, оттого места сомнениям не осталось.

Отрезвляющей пощёчиной стала случайная встреча. Случайная… ведь теперь Влада была практически приличной девочкой. Больше не тусовалась в злачных местах, не шлялась по ночам, не заливала водкой ни тоску, ни злобу.

Стычки с отцом в свете последних событий становились всё реже. Портить шкурку любимой дочурки он мог себе позволить. Портить шкурку юной протеже большого человека, увы, нет.

Да, Керим считал, что у Влады появился новый, влиятельный «хозяин». Она не спорила и не сбивала папочку с нужного курса. Пусть верит в свой счастливый билет. Наверняка отец мысленно распланировал, как в будущем использует шанс.