Бить нужно смело

– Что это за клоун? – лениво бросил Рус, позволяя случайному свидетелю проникнуться ситуацией и по интонации, по наглой физиономии догадаться, что «незнакомец» имеет дело с хозяином жизни.

Влада и не думала отвечать, этот вопрос вполне мог остаться без комментариев вовсе, но Багдасаров, привлекая внимание оппонента, вызывающе щёлкнул пальцами прямо перед его носом.

– Я тот самый старый друг, который, как известно, лучше новых двух! – с удовольствием отчитался он. Балашов принял вызов и лениво прищурился.

– А друг настолько… старый, что последний раз видел нашу прекрасную Ирму ещё в пелёнках?

– Ну… не то, чтобы в пелёнках… Но, да, отчасти ты прав, она с голой задницей кувыркалась в простынях! – фыркнул Багдасаров и нахально подмигнул.

 – Верно, мышка?

Смеяться и выделываться Балашову резко расхотелось. Он впился в Владу взглядом и напряг челюсти до желваков на скулах.

– Вы знакомы? – процедил Руслан.

Отделаться улыбочками не представлялось возможным, потому Влада неопределённо пожала плечиком и оценивающе посмотрела на Багдасарова.

– У красивой девушки не бывает друзей, но совершенно точно водятся поклонники.

– Мышка, не дури, вычеркни меня из списка поклонников. Этот статус я благополучно минул.

– Ты кто вообще такой? – не сдержался Балашов и, подобравшись, внушительно пнул стоящий рядом стул.

Багдасаров азартно облизнулся.

– С мышкой меня связывают крайне пикантные воспоминания, – напрашиваясь на неприятности, заверил он.

Руслан решил испытать нового знакомого взглядом.

– Уверен, что хочешь об этом поговорить? – уточнил.

В голосе сквозила угроза, явно дающая понять, что пора бы остановиться. Багдасаров понимал крайне плохо, а потому превесело раскинул руки.

– Почему нет? Кажется, здесь все свои. Не далее как вчера вечером в доверительной беседе мышка поведала мне, что собирается замуж.

Балашов тут же заглотил наживку и глянул на Владу.

– Да, именно так я вчера и сказала, – подтвердила она и притворно ужаснулась: – Или ты считаешь, что я тороплю события?

– Нет! – поспешил задушить Рус любые сомнения.

Он тут же напряжённо сглотнул, прокашлялся. – Нет… – повторился, неловко повёл шеей и протянул руку под столом, чтобы коснуться её запястья. – Давно пора было объявить.

Одёрнуть руку было верхом бестактности, потому Влада натянуто улыбнулась, но сдержала первый естественный порыв. От прикосновения она отделалась секундой позже, демонстративно скосив взгляд на случайного свидетеля этой несвоевременной нежности. Балашов понятливо кивнул.