Битая грань

— Все решится, — не знала, что сказать, замечая, что та все равно в прострации и каком-то лихорадочном состоянии. Будто трясет ее всю. — Сейчас мой муж позвонит Александру…

— Да, спасибо… — все еще как-то растерянно отозвалась Катерина, растирая лицо руками, словно позабыв, что у нее вечерний макияж, или не дорожа тем в данный момент совершенно. — Я… Мне нужно поговорить с Сашей… — ее вдруг стало трясти, как будто бы только теперь тело Катерины поняло, как ей холодно.

И Ксюша, не задумываясь обхватила девушку за плечи, приобняв.

«Саша»… она сама так не называла Александра, несмотря на то, что работала с ним долгие годы. Так что, казалось, Ксюша не ошиблась в своих предположениях.

— Не переживай, все хорошо будет, — будто своей дочери, начала спокойно и уверенно приговаривать она, хотя девушка точно была не так и младше ее самой, может, лет пять-семь, не больше. Но нынче точно нуждалась в поддержке…

— Такси… там ждет.

У меня денег с собой не было. Не могли бы вы мне одолжить? — вдруг вскинулась Катерина, нервно глянула через плечо.

— Я заплачу, — бросил приблизившийся к ним Леня, все еще говоривший по телефону.

Ксения увидела, что настроение мужа изменилось. Леонид был напряжен, внимательно осмотрел улицу, нахмурив брови, и он точно теперь воспринимал Катерину серьезно.

— Да нет, все тихо вроде, — ответил в трубку непонятно для Ксюши. Повернулся к ним. — Санек едет уже.

Хочет с вами поговорить… — и ее муж протянул девушке свой телефон, а сам пошел на улицу, расплачиваться с таксистом.

— Поговори со мной, котенок. Что случилось? — кто б знал, чего ему стоил этот ровный, мягкий тон!

Ведь на самом деле орать хотелось! Не на нее, упаси бог… На того, кто довел Катерину. И прибить этого смертника.

Ладно, с этим разберется.

— Ну что молчишь, малая? Мне же страшно после того, как Леня позвонил, поседею, пока доеду.

Откуда бежала? От кого? — пытался говорить как бы шутливо, не нагнетать, но…

— Тебе страшно? За меня?.. — будто сомневалась, не верила.

И тихо так, что приходилось вслушиваться.

А у него… *ля! Реально рвало череп изнутри, кроша кости, вспарывало кожу и мышцы затылка ледяным страхом, словно предчувствием. Давним и далеким. Убеждал себя, что, скорее всего, накручивает сам, что не связана Катерина с его миром уже никаким боком.