Битая грань

Х*ра с два он ее сейчас из-под себя выпустит, не разобравшись!

— Где я уже проштрафился, только ж в кайф все было? Больно?

Обхватил ее щеки ладонями, заставив посмотреть на него прямо. Намотал ее волосы на свои пальцы. Жестко, чтоб отвернуться не могла.

— Извини, что навязываюсь… — выдохнула она, прикрыв глаза, убегая от его взгляда.

До него дошло. Окей, он со сна не особо сообразителен оказался.

— Б*я! Котена, чушь не пори!

Стиснул ее в своих объятиях, и по-новой, до максимума толкнулся во влажное, податливое тело.

— Тебе кажется, что я против? Да я дурею от тебя, Катя! И в диком восторге от того, какая ты страстная! Не хочу другой! Выкинь эту дурь из головы, ясно?! Забудь… И я с радостью помогу! — напал на ее губы своим ртом, сходу языком протиснулся внутрь, так же, как членом сейчас в лоно врывался, покоряя, наполняя, растягивая.

— Пр-о-о-сти! — ее отпустило секунды через три. Словно обернуло его жаркой страстью, будто струящейся из нее. Вновь обхватила его горячими руками, жадно отвечая на поцелуй, бедра вскидывая, открываясь ему навстречу.

 — Меня просто муж одергивал вечно, все тело как протравлено этими воспоминаниями и страхом. Прости, оно само всплывает! А ты обалденный! Саша, у меня все болит после ночи, а я все равно тебя хочу еще больше! Видишь, набрасываюсь на тебя под любым предлогом! — тихо, жарко, путано как-то бормочет. Вновь выгнулась, встречая жаркий удар его бедер.

Затрясло. Хрипло вскрикнула, кончая от его движений, всем телом вжимаясь в Санька.

Блин! У него на плечах живого места не осталось, а все равно так хорошо, что и сам бы ее из постели не выпускал еще сутки! Разве, чтоб поесть…

До кухни добрались через полчаса, когда перестали дрожать руки и ноги. Санек успел сбросить тренеру, что сегодня берет выходной и отдает «пальму первенства» Лене.

— В холодильнике ничего нового не появилось, малышка, — поделился результатом проверки запасов с Катериной, которая устроилась на стуле, облюбованном ночью, и ждала, пока для них приготовится кофе.

 — Если хочешь, тут внизу кафе есть, рано открывается, можем там позавтракать.

— В чем, Саша? — рассмеялась она, уже забыв про ступор в кровати. А вот он не забыл, скребло за грудиной, и мысленно рос долг того мудака, который его котене столько в голове мин наставил. — В твоей сорочке и чулках? Или в порванном платье? — взяв чашку с готовой порцией, она протянула ему и поставила себе вторую.