Битва королей

На шее, где септоны носят кристалл, у него на кожаном шнурке висела чашка для подаяния, и запах от него шел такой, что впору крыс морить.

— К тебе лорд Варис, — объявила Шая.

Нищенствующий брат изумленно заморгал, а Тирион засмеялся.

— Ну конечно. Как это ты догадалась? Я вот его не узнал.

— Да ведь это он, — пожала плечами Шая, — только одет по-другому.

— И одет по-другому, и пахнет по-другому, и походка у него другая. Многие бы обманулись.

— Только не шлюхи. Шлюха учится видеть не одежду мужчины, а его суть — иначе ее находят мертвой в переулке.

Вариса явно что-то мучило — но не фальшивые язвы на ногах. Тирион хмыкнул.

— Шая, ты не принесешь нам вина? — Выпить не помешает. Если уж евнух явился сюда среди ночи, хорошего не жди.

— Я просто боюсь говорить вам, зачем пришел, милорд, — сказал Варис, когда Шая ушла. — У меня дурные вести.

— Тебе бы черные перья, Варис, — ты, как ворон, только дурные вести и носишь. — Тирион неуклюже поднялся на ноги, боясь спрашивать.

 — Это Джейме? — Если они с ним что-то сделали, их ничто не спасет.

— Нет, милорд. Не то. Сир Кортни Пенроз мертв, и Штормовой Предел открыл ворота Станнису Баратеону.

Испуг изгнал все прочие мысли из головы Тириона. Когда Шая вернулась с вином, он выпил только глоток и швырнул чашу о стену дома. Шая заслонилась рукой от осколков. Вино протянуло по камню длинные пальцы, черные в лунном свете.

— Будь он проклят! — крикнул Тирион.

Варис улыбнулся, показав гнилые зубы.

— Кто, милорд? Сир Кортни или лорд Станнис?

— Оба.

 — (Штормовой Предел мог бы продержаться с полгода, если не больше… это дало бы отцу время покончить с Роббом Старком.) — Как это случилось?

Варис посмотрел на Шаю:

— Милорд, стоит ли тревожить сон нашей прелестной дамы столь мрачными и кровавыми делами?

— Дама, может, и побоялась бы, — сказала Шая, — но я нет.

— А надо бы, — ответил Тирион. — Раз Штормовой Предел пал, Станнис скоро обратит свой взор на Королевскую Гавань. — Он пожалел, что выплеснул вино.

 — Лорд Варис, дайте мне немного времени, и я вернусь в замок с вами.

— Я буду ждать на конюшне. — Евнух поклонился и ушел. Тирион привлек к себе Шаю:

— Тебе опасно здесь оставаться.

— У меня есть стены и стража, которую ты мне дал.

— Наемники. Мое золото им по вкусу, но станут ли они умирать за него? Что до стены, то один человек, став на плечи другому, мигом через нее перескочит. Точно такой же дом сожгли во время бунта.