Битва королей

Дени оглянулась назад и со страхом увидела, что факелы гаснут. Только двадцать или тридцать оставались зажженными. Вот погас еще один, и тьма продвинулась чуть дальше по коридору, подползая ближе. Дени показалось, что к ней приближается еще что-то, шаркая и волочась по истертому ковру. Ужас охватил ее. Вернуться назад она не могла, оставаться на месте боялась и не знала, куда ей деваться. Дверей справа не было, и ступеньки вели вниз, а не вверх.

Еще один факел погас, и звук стал чуть громче. Дрогон вытянул длинную шею и закричал, пуская дым.

Но первая дверь справа, вдруг осенило ее… это последняя слева.

Дени бросилась туда и вновь очутилась в маленькой комнате с четырьмя дверьми. Она повернула направо, и снова направо, и еще, и еще… силы снова оставили ее, и голова пошла кругом.

В очередной комнате противоположная дверь оказалась круглой, напоминающей открытый рот, и за ней на лужайке под деревьями стоял Пиат Прей.

— Неужели Бессмертные отпустили тебя так скоро? — изумленно спросил он, увидев ее.

— Скоро? — растерялась она. — Я блуждала много часов, а их так и не нашла.

— Значит, ты не туда повернула. Пойдем я провожу тебя. — Пиат Прей протянул ей руку.

Дени заколебалась, глядя на правую, закрытую дверь.

— Не туда, — твердо сказал Пиат Прей, неодобрительно сжав синие губы.

— Наши жизни для них не важнее, чем взмах мотылькового крыла, — вспомнила Дени.

— Упрямая девчонка. Ты заблудишься там, и тебя никогда не найдут.

Она отступила от него к правой двери.

— Нет, — завопил Пиат. — Не туда, ко мне, ко мне, ко мне-е-е… — Он стал меняться, превращаясь в какого-то бледного червяка.

Правая дверь вела на лестницу, и Дени стала подниматься по ней. Скоро у нее заболели ноги — а ведь в Доме Бессмертных как будто не было башен.

Наконец лестница кончилась, и справа явились двойные двери, отделанные черным деревом и чардревом. Черные и белые волокна переплетались в странные узоры — очень красивые, но чем-то пугающие. Нет. Кровь дракона не должна бояться. Дени произнесла краткую молитву, прося Воина дать ей мужество, а дотракийского лошадиного бога — силу, и заставила себя ступить вперед.

За дверьми в огромном зале ее ожидало собрание чародеев.