Битва королей

Обгоревшая сталь покоробилась, от оскаленной собачьей головы отвалилось левое ухо. Кровь из раны над глазом текла по старым ожогам Пса, заливая пол-лица.

— Да, — сказал ему Тирион.

— Да пошел ты, — тяжело дыша, огрызнулся Пес. В разговор вмешался какой-то наемник:

— Мы уже выходили наружу. Три раза. Половина наших людей убита или ранена. Повсюду дикий огонь, кони кричат как люди, а люди — как кони…

— А ты думал, тебя наняли выступать на турнире? Не угодно ли сладкого замороженного молочка и чашку малины? Нет? Так садись на своего сраного коня.

Глаза Клигана на залитом кровью лице казались белыми. Он вытащил меч.

«Ему страшно, — понял пораженный Тирион. — Пес боится».

— Они бьют в ворота тараном, — попытался объяснить карлик, — сами слышите. Надо их разогнать…

— Открой ворота — а когда они ворвутся, окружи их и убей. — Пес воткнул меч острием в землю и оперся на рукоять. Его шатало. — Я потерял половину моих людей вместе с лошадьми. Больше я в этот огонь не полезу.

К ним подошел сир Мендон Мур в безукоризненно белом эмалевом панцире.

— Тебе приказывает десница короля.

— Пусть десница идет в задницу. — Лицо Пса за пределами кровавого пятна было белым, как молоко. — Дайте кто-нибудь попить. — Офицер золотых плащей подал ему чашу. Клиган сделал глоток, плюнул и отшвырнул ее прочь. — Пошел ты со своей водой. Вина дайте.

Да ведь он умирает, понял Тирион. Рана, огонь… ему конец. Надо найти другого, но кого? Сира Мендона? Нет, не годится. Эти люди заражены страхом Клигана.

Издали тоже донесся грохот, и меркнущее небо над стеной озарилось зеленовато-оранжевым огнем. Долго ли выдержат ворота?

«Это безумие, — подумал Тирион, — но лучше оно, чем поражение. Поражение — это смерть и позор».

— Хорошо! Я сам поведу вылазку.

Если он думал устыдить этим Пса, то ошибся. Тот только рассмеялся.

Тирион читал недоверие на лицах солдат.

— Да, я. Сир Мендон, вы будете нести королевское знамя. Под, подай шлем. — Мальчик бросился выполнять приказание. Пес, опершись на зазубренный, обагренный кровью меч, смотрел на Тириона белыми глазами. Сир Мендон помог деснице снова сесть на коня. — Стройся! — прокричал Тирион.

Его большой рыжий жеребец имел на себе доспехи, защищающие голову, круп поверх кольчуги покрывала попона красного шелка. Высокое седло сверкало позолотой.