Битва Мастеров (СИ)

Лель из своей клетки только мрачно сверкал глазами, выдохнувшись после часового, насквозь матерного монолога. И нет, это не мы так неудачно сменили место жительства с шикарного особняка, купленного на уворованные у папочки деньги, на малогабаритные, железные, ржавые, винтажные клетки. Я вообще охренела, когда, проснувшись, открыла глаза и увидела, что вместо своей мастерской, где я уснула накануне вечером, лежу на утрамбованной до состояния камня пыльной земле в окружении металлических заграждений.

— Эль, малышка, — хмуро (а радостных идиотов у нас тут сейчас нет) произнес Талахай, так же как и все мы сидящий в персональной клетке, — точно не можешь ничего сделать с этими ебаными решетками?

— Нет.

Не серьезно, сладкий. — огрызнулась я, пытаясь выцепить из косичек хреновы репеи. — Я могу, но подумала, что нам и так хорошо. Раньше же мы что? Жили как в общаге, все вместе в одном доме. А теперь? Теперь у нас всех собственные апартаменты. Это рай какой-то, мать вашу. Эрот, дорогой, признайся, на кой черт вы меня по кустам тащили, да еще и головой вниз?

— И правда! — наигранно всплеснул руками принц, но стукнулся локтем о железный прут и зашипел, с ненавистью глядя на обидчика.

 — Надо было тебя по пути сбросить, как хренов балласт, малышка, что бы преследователи замешкались. И пока бы они возились с твоим бесчувственным телом, мы бы успели свалить с этой чертовой планеты.

— А кто, блядь, в этом виноват? — рыкнул Лаен, морщась от боли в разбитой губе. Но по правде говоря его губа была меньшим из его повреждений.

На боку у нашего ках-шахрастарца продолжало разрастаться кровавое пятно, заставляя всех нас нехило нервничать и злиться от бессилия. По этой причине мы и грыземся друг с другом, что бы хоть как-то сбросить напряжение. Помогало хреново, кровотечение не останавливалось, сила мата была потрачена почти впустую. — Лель, учти, если я тут кони двину, то моя смерть будет на твоей совести. И присоединение Сатеона к Ках-Шахрастару путем банального полномасштабного военного вторжения от моего замечательного дядюшки тоже.

— Завали хлебало, дружище. — не остался в долгу блондин, ощупывая опухающую на глазах ногу и кривя губы в болезненной гримасе. — Если ничего не придумаем, то я сдохну раньше тебя и не так красиво.

— Давайте говорить открыто, мы все здесь сдохнем, если ничего не придумаем. — высказала я очевидное, вытягивая ноги на земле и откидываясь спиной на прутья клетки.

— Простите. — выдохнул Лель, в отчаянии обхватывая голову руками.