Битва веков

Разумеется, можно было добраться и по рекам, всего с одним волоком — но, хотя внутренний путь и казался десятикратно короче, шел он все время против течения да по нешироким рекам, так что еще неизвестно, вышло бы это быстрее или дольше. Но уж многократно дороже — это точно. Бурлаки и амбалы с переволоков за «спасибо» не работают.

Игумен Филипп оказался классическим старцем, словно списанным с иконы: благообразный сухонький белобородый старичок. Андрей застал его в иконописной мастерской, с кисточкой в руке у пахнущего елеем свежего образа.

Услышав, что его зовет государь земли русской, старец просто вытер руки и сказал:

— Пошли…"

"И уже на следующий день они вошли в реку Выг, густо заполненную судами, точно московский тракт перед торгом. К счастью, река вскоре разлилась в просторное Выгозеро, а там, от верхнего Выга, широким многолюдным волоком они перебрались к Повенцу. Дальше было легко и просто: по просторному Онежскому озеру до Вытегры, там волоком на Ковжу — и, считай, осталось самое простое: вниз да вниз по течению через озеро Белое в Шексну, а там, почитай, Волга рядом.

Возле Горицкого монастыря Андрей приказал причалить. Лето не зима, ушкуй не лошадь — узкими протоками, соединяющими Шексну и Сиверское озеро, не пройдет, платить же за волох князь нужды не видел. И так до монастыря добраться можно. Пешком — два часа пути. Ногам после плаванья такая разминка только на пользу.

— Не спеши, — внезапно остановил его игумен Соловецкого монастыря, когда князь предложил ему прогуляться вместе.

 — Быть возле обители православной и хотя бы всенощную не отстоять, грешно. Помолимся, очистим души свои, опосля на поклон мощам преподобного Кирилла и тронемся.

Спорить с христианскими желаниями кандидата в митрополиты князь не стал, и даже вместе с ним прослушал возглашение утрени, исполнение псалмов разноголосым женским хором и долгие молитвы с провозглашением поименной славы бесчисленному количеству святых, к тому же — многократному. Бдение завершилось общим молебном под радостное пение хора аккурат с первыми лучами солнца, и Филипп, приняв из рук игуменьи высокий черный посох с золотым навершием, вышел из ворот обители, дабы совершить паломничество к останкам основателя Кирилловского монастыря.

К огромному изумлению Зверева, под стенами обители собралось несчитанное количество народа, молящего нежданного гостя о благословении. И Филипп такие благословения с царственной неторопливостью раздавал.