Битва веков

Видимо, заранее зная о присутствии князей, царь высмотрел в богато одетой толпе в высоких бобровых шапках скромную тафью Зверева, остановился:

— Князь Сакульский! Доброго тебе дня и удачи в нынешних начинаниях. Князь Воротынский! Рад видеть тебя в добром здравии. Труд твой прочел с большим интересом и пользу вижу в нем превеликую. Мыслю я, надлежит тебе рубежи наши южные осмотреть со строгостью и согласно наставления своего меры к их обороне составить. Удел твой ведь там же, возле Перемышля? Как земли свои проведаешь, заодно и о прочем подумай, а к осени мысли свои мне в подробности изложишь.

— Прости, государь, за докуку, — протиснулся вперед Михайло Иванович, — но средь грамот на возвращение земель моих и добра убежище мое московское не упомянуто. Скитаюсь, ровно попрошайка бездомный. Прикажи писарям своим грамоту на возвращение дворца моего составить, дабы было где голову преклонить.

— Зачем тебе ныне дом в Москве, княже? — не изменившись в лице и тем же тоном удивился царь. — Все едино в удел отъехать желаешь.

"Давая понять, что разговор окончен, Иоанн резко повернулся и в сопровождении суровых опричников отправился в сторону дворца. Был он явно не в себе, спал лицом. Звереву даже показалось, что правитель всея Руси похудел, стал уже в плечах и ощутимо сгорбился. Толпа царедворцев ринулась вслед за государем, князья остались на мостовой в одиночестве.

— Милостями осыпал, прям рублем одарил, — подвел итог Михаил Иванович. — Что же, наказ царский ныне не тяжелый, поеду исполнять.

— На Рязань? — уточнил Андрей.

— Тракт наезженный и привычный, — кивнул князь. — К Воротынску скорейший путь через нее получается.

— Боярин Басманов велел тебе кланяться и звал, коли домой поедешь, к нему в гости завернуть. Он ведь тоже за тебя словечко замолвить пытался. Знал, что из ссылки отпустят.

— Коли так, то и заверну. Все едино по пути. Завтра же и освобожу дворец твой от своей челяди. Надоели, поди, хуже горькой редьки.

— Можешь не торопиться, я и сам завтра в путь тронусь.

— Погоди, так нам по дороге! — встрепенулся Михаил Иванович. — У тебя ведь у Свияжска надел отрезан?

— Там, — кивнул Зверев. — Найму ушкуй какой, по Москве-реке до Волги скачусь, а там и вовсе рукой подать.

— Брось, князь, — хитро прищурился Воротынский.